лучше, чем у переводчика. И Дубко гадал, пытаясь понять, зачем именно его посадили в машину Су? Ведь тот сам на этом настоял. Или ему было настолько интересно, что оставил Лучинский в сейфе? Но перед тем, как сесть в разные машины, Богданов и Дубко на всякий случай обменялись портфелями. Синицын обеспечил их одинаковыми «фирменными» саквояжами и портфелями с логотипами компании. Очень удачно. Так что посылка сейчас ехала в другой машине, и хотя бы за это Дубко мог быть спокоен.

— А почему едем в разные стороны? — удивился оперативник, когда в самом деле на одном из перекрестков машины разъехались — одна направо, другая налево.

— Это своего рода дублер. А такая манера езды сделана в целях безопа…

Договорить Товарищ Су не успел, потому что их машину сначала прижал, а потом стал выдавливать к обочине грузовик, неожиданно для всех выруливший откуда-то из переулка.

Су крикнул что-то водителю на китайском, но именно в этот момент из окон дома, к которому практически выдавил их с дороги грузовик, заставив сначала сбросить скорость, а потом и вовсе остановиться, началась стрельба. Стреляли беспорядочно и явно непрофессионально, и Дубко действовал уже на автомате. Сначала он уложил Су на пол, закрыв собой. Потом быстро проверил пульс у водителя, понял, что тот мертв — его задели случайно, выбил стекло у двери, к которой почти вплотную стоял грузовик. Саму дверь заклинило, но, разбив стекло, оперативник смог все же открыть дверь и практически выволочь и спрятать в узкую щель между двумя машинами маленького китайца. Сам же Дубко достал свой «карманный» пистолет, с которым на всякий случай не расставался с тех пор, как они въехали в Пекин, и сделал пару выстрелов из-за машины, просто чтобы проверить, будут ли в них стрелять в ответ.

Выстрелов не было. Александр, показав Су жестом, чтобы тот не поднимался, открыл дверь водителя. Он был уверен, что тот вооружен, и оказался прав. Забрав его пистолет, Дубко открыл уже прицельную стрельбу по окнам и крыше. В ответ раздались одиночные выстрелы.

Значит, дилетанты. Работали на дурачка, зажали машину, стрельбу вели хаотично, видимо надеялись на удачу, единственное, что сделали правильно — быстро ушли по крыше, когда по ним начался ответный огонь. Сказать по правде, Дубко особо не целился. Чего он пока, правда, не очень понимал — кого именно из них двоих хотели убить? Но, когда понял, что работают не подготовленные специалисты, а кто-то из разряда народных мстителей, то пришел к выводу, что мишенью, с высокой долей вероятности, был Товарищ Су. Все это оперативник «Дона» просчитал в тот момент, когда они были зажаты между двумя машинами.

На охоту на него отправили бы, скорее всего, профессионалов.

— Кажется, вы спасли мне жизнь, — сказал Су, когда Дубко показал, что можно вылезать из убежища. — Благодарю.

— Пока еще не за что. Я не уверен, что они ушли далеко, поэтому давайте быстро вон в тот дом.

Дубко указал на новое здание через дорогу, которое, кажется, было или государственным учреждением, или какой-то конторой. Александр уже более или менее разобрался в системе указателей. Он понимал, что если на здании висят красные флажки, то это чаще всего какое-то учреждение, связанное с властью.

И в этот раз он оказался прав. Внутри их встретили перепуганные служащие, снова в одинаковых одеждах. Они обступили Су, без остановки щебеча что-то на китайском так громко и пронзительно, что напомнили оперативнику стаю взволнованных птиц. Голова у него начала болеть практически сразу. Все-таки китайский язык очень сложный для русского уха именно из-за множества оттенков и полутонов.

Су что-то резко ответил, потом его куда-то увели, а Дубко, судя по интонации, постоянно что-то предлагали разные люди, может быть, чай, может быть, просто присесть и подождать, но оперативник покачал головой и встал так, чтобы с его места через окно было видно соседнее здание. Грузовик, конечно, загораживал часть фасада, и скорее всего, у дома был второй выход, и стрелки ушли через него, но все равно у спецназовца зудело между лопаток. Он был уверен, что за ними наблюдают.

Быстро подъехала вторая машина, и из нее выскочили Дэн и Богданов.

— Вы целы? — А вот это было уже интересно. Переводчик бросился не к Товарищу Су, а к Дубко. Но, скорее всего, дело было в том, что высокопоставленного китайца буквально живой стеной обступили сотрудники учреждения, и охраны у него хватало.

Дубко кивнул.

Богданов сел рядом и попросил их бессменного провожатого, чтобы им принесли воды.

— Стреляли в него или в тебя? — спросил Вячеслав, когда Лян Дэн отошел.

— Уверен, что в него. Скорее всего, какие-то народные мстители, отработали грубо, но быстро.

Они говорили между собой на английском, чтобы, если к ним кто-то прислушается, уловили «родной язык» так называемых американцев. И при этом общались максимально тихо — о сути их беседы никто не должен был узнать.

— Дорогие мои друзья, теперь я имею полное право называть вас так, — Су снова надел маску добродушного хозяина положения. — Сейчас за вами заедет наш сослуживец и ваш коллега и отвезет на полигон, а я буду вынужден вас оставить.

Он кивнул и быстро ушел, сев в машину, которая приехала за ним. А оперативники остались в помещении, и только Дэн привычной тенью маячил у стены.

Не прошло и пяти минут, оперативники даже не успели обменяться парой фраз, как подъехал грузовик. Из кузова выпрыгнул Багиров собственной персоной, одетый в обычную куртку и свитер, словно он собрался на природу, и помахал друзьям рукой.

Его английский был намного лучше английского Богданова, и снова тот почувствовал себя от этого немного неловко. Расслабился товарищ капитан, нужно бы подтянуть теорию.

— Как жаль, что нам все никак не удается нормально пообщаться, у нас с Дэннисом было столько планов. Правда, он никогда не говорил мне о тебе, я так понимаю, у вас был семейный конфликт?

— Обычное дело, он увел у меня жену, — пожал плечами Дубко. Богданов сдавленно фыркнул в рукав. Как это получается у Дубко, а? Надо будет потом доложить Шабарову, что Дубко нужно или повысить в звании, или дать ему какую-то награду. Жаль, «За боевые заслуги» не выдают за личное обаяние. Его напарник в этом деле явно соображает быстрее и лучше его.

— Вот шельмец! Ладно, о мертвых плохо не говорят. У нас с вами на сегодня большие планы. Мы поедем на один закрытый военный полигон, я хочу показать вам наши с Брайтом общие проекты. И то, что мы