грызет. Я никогда не жалела о том, что много работаю, – в конце концов, это приносило нам деньги; но теперешняя холодность сына не дает мне покоя.

Порой я думала: быть может, Эвану стоит испугаться меня потерять. Ничего трагического, конечно – но… что, если бы, например, мне поставили серьезный диагноз? Не смертельный, но достаточно серьезный. Потом я выздоровею – но сперва пусть он перепугается, возможно, пожалеет меня и вернется на мою сторону. Или, скажем, заблудиться в лесу и мужественно выйти из чащи через несколько дней – может быть, тогда Эван снова начнет меня уважать? И бросится мне в объятия, как делал маленьким? Да, возможно, такой благотворный пинок ему и нужен. Я, черт возьми, была хорошей матерью, дала ему все, что только можно дать для взрослой жизни, а теперь он меня знать не хочет! Однажды вечером я пожаловалась на сына Роберту, и он рассмеялся в ответ.

– Хочешь сказать, мечтаешь, чтобы тебя похитили?

– Ну… может быть. Только так, чтобы при этом не пострадать.

– Ясно, тебе требуется благородный похититель, – подытожил он. – Пожалуй, размещу объявление на «Индид»[49].

Я ответила шутливым тычком в плечо.

Откровенно говоря, тосковала я не только из-за Эвана. Мне не хватало былой себя – бунтарки из колледжа. Студенткой я всегда была готова прогулять лекцию или купить спиртное по чужим документам. Увлеченно разыгрывала однокурсниц, передразнивала преподавателей… Кажется, все это было словно в другой жизни. Теперь я – деловая женщина, живущая по правилам. Но втайне так хочется послать к чертям все правила и просто повеселиться!

Что ж, в Сан-Диего мне предстояла встреча с новой знакомой, Дианой. У нас с ней нашлось много общего. Познакомились мы совсем недавно, но, похоже, она тоже была готова к приключениям. Хоть Диана и не работала на телевидении, в эти выходные я надеялась с ее помощью славно развлечься!

Давно уже я мечтала просто сбежать от всех и начать жизнь сначала. Бросить суетный мир новостей, уехать куда-нибудь в Мексику. Нежиться на берегу океана, пить вино и читать хорошие книги. Может, тогда Эван приедет ко мне в гости – просто чтобы пожить в хижине на берегу моря, полюбоваться девушками на пляже? В последнее время эта фантазия об эмиграции приходила мне все чаще и чаще. Глядя по телевизору «Искателей недвижимости», я мысленно составляла список мест в Мексике, куда могла бы переехать, – где тепло и недалеко от границы. В сущности, что держит меня в этих холодных краях, кроме Роберта? Сосед он отличный, не спорю, – но нельзя же строить жизнь вокруг соседа!

Я со вздохом отложила телефон обратно на тумбочку. Без четверти двенадцать – не самое подходящее время для размышлений об отдаленном будущем. Сейчас надо поспать. Я выключила свет, закрыла глаза и начала глубоко дышать, чтобы замедлить сердцебиение. Вдох на четыре счета – задержка дыхания на семь – выдох на восемь. От подушки плывет запах лаванды, окутывает мягким облаком…

Только это не работает.

Я лежала, укрывшись пуховым одеялом в цветочек, с Фредом в ногах, и спать мне совсем не хотелось. Утомление, испытанное сорок пять минут назад, рассеялось без следа. Кажется, я пропустила «окно», когда могла уснуть. Над сонливостью взяло верх беспокойство из-за предстоящей поездки.

Приоткрыв один глаз и взглянув на часы, я обнаружила, что уже почти половина первого. Меньше чем через восемь часов надо быть на работе – в студии новостей станции Си-би-эс. Встать придется в половине седьмого… Да чтоб тебя! «А ну засыпай немедленно!» – приказала я себе.

Но мозг не желал подчиняться.

Без четверти час я сдалась. Вылезла из-под одеяла, к негодованию Фреда (он поднял голову и громко мяукнул), открыла сумку, порывшись там в темноте, нашла флакон амбиена, открутила крышку и проглотила одну таблетку целиком, запив водой из стакана на тумбочке. Доктор предупреждал, что после приема амбиена в течение восьми часов нельзя садиться за руль, а выехать мне придется сразу после семи – но что же делать? Надо поспать. Извините, док.

Я ненавидела такие ночи – а в последнее время они случались все чаще. Даже ночью ум одолевали разнообразные заботы: личные проблемы, письма телезрителей (одни нами возмущаются, другие признаются в любви дикторам и корреспондентам – и любовные письма порой вызывают больше тревоги, чем гневные), падающие рейтинги, проколы наших сотрудников в социальных сетях… Список можно продолжать до бесконечности.

Я снова заползла под цветастое одеяло, нащупала телефон и набрала в поиске «АСМР». Эти ролики показала мне несколько лет назад подруга на нашем ежегодном девичнике: с тех пор я обращаюсь к ним, когда действительно хочу заснуть. Таких видео тысячи: по большей части их снимают женщины, но иногда и мужчины. Это нечто вроде ролевой игры: автор видео изображает доктора, к которому ты пришел на прием, или косметолога, делающего тебе чистку лица. Тихим, шепчущим голосом говорит что-то успокаивающее – и этот голос вызывает у тебя автономную сенсорную меридиональную реакцию (АСМР), или, попросту говоря, ощущение мурашек и приятного тепла. Это мое секретное средство расслабления. Сегодня я выбрала старый проверенный ролик: женщина, дающая консультацию в тату-салоне. Убаюкивающий шепот вместе со снотворным сделали свое дело: около четверти второго я наконец уснула. Уже уплывая в сон, думала: быть может, перемена места – именно то, что мне нужно. В самом деле, пора вырваться из рутины и немного повеселиться. Возможно, завести роман. Что, если на этой неделе произойдет нечто… неожиданное? И моя жизнь уже не станет прежней?

Глава 3. Жасмин

День полета

Ожидание в аэропорту тянулось бесконечно. На завтрак я перехватила сандвич с кофе, а потом попробовала подремать в кресле, но кофеин вместе с адреналином не давали уснуть. Снова и снова я проверяла телефон, ожидая первого послания от Гленна. Как и ожидала, сообщение пришло вскоре после одиннадцати.

Ты где, черт возьми?

Желудок сжался до размеров и плотности мяча для гольфа. Однако на такой случай у меня уже был план. Рассчитывая выиграть немного времени, я написала в ответ:

Пошла в магазин. У нас нет молока и еще кое-чего.

Гленну и невдомек, что молоко я сама накануне вылила в раковину – на случай, если он захочет заглянуть в холодильник и проверить.

До магазина хрен знает сколько пилить! И холод собачий. Ты же знаешь, я не люблю, когда ты ходишь одна. Давай за тобой заеду.

* * *

Не надо, мне стоит размяться. Помнишь, сам