Эльза сказала:

– Я видела, когда Кэролайн брала цикуту. Я подумала, что онахочет покончить жизнь самоубийством. Это упростило бы все дело. А на следующийдень утром я узнала… Он сказал ей, что я ему безразлична, что он не любит меня,что все кончится, как только он завершит мой портрет, Кэролайн нечеговолноваться, сказал он и… ей стало меня жаль. Вы понимаете, что это для менязначило? Я нашла яд и дала ему. Я смотрела, как он умирает. Никогда я нечувствовала себя более счастливой, полной сил. Я смотрела, как он умирает… –Она раскинула руки. – И не понимала, что убиваю себя, а не его. Потом меняпоглотила забота о том, чтобы Кэролайн попала в ловушку. Увы, мне уже ничто непомогло. Я не могла ей чем-либо навредить, ей все было безразлично. Она прошласквозь все и спаслась от всего. И она и Эмиас спаслись – вдвоем они ушликуда-то… Это для меня непостижимо. Не они умерли, а я умерла…

Эльза Диттишем встала, направилась к двери. Затем обернуласьи повторила:

– Я умерла…

В холле она прошла мимо двух молодых людей, чья совместнаяжизнь только начиналась.

Шофер держал дверцу автомобиля открытой. Леди Диттишем селав машину, и шофер укутал ее колени меховым пологом.