ДФ 118 начинал действовать, и боль слегка поутихла.

В неописуемой радости я перекатывал пальцами двадцать пять драгоценных камешков и думал о том, с каким облегчением мог бы сейчас вздохнуть Гревил. «Спи спокойно, дружище, — говорил я ему, невольно улыбаясь, — я наконец нашел их».

Он оставил мне свое дело, свой стол, свои хитроумные штуковины, своих врагов, своих лошадей, свою любовницу. Оставил мне «Саксони Фрэнклин», «Чародея», крем для бритья, Просперо Дженкса с Николасом Лоудером, Дазн Роузез, Клариссу.

Я унаследовал его жизнь и предал земле его прах, но в тот момент, несмотря на всю боль и муки, я чувствовал себя как никогда счастливым.