– Здорово! В марте – Международный женский день, – вспомнил я. – Мы вам цветы купим.

– А я – ещё одну вазу – специально под них, – сказала Елена Анатольевна.

Потом писательница ушла, а мы остались в школе. Но в какой-то уже другой, более родной, понимающей, уютной. И чай в обед уже не казался таким холодным. Марья Павловна сияла весь день, как первого сентября. А Лидка ходила такая загадочная. Девчонки вообще как будто приходят из одних мультиков, а мальчишки – из других. Может, нас разные художники рисуют. Я специально не спрашивал у Лидки, о чём она мечтает, почему улыбается, будто случилось что-то хорошее. Глупо, но почему-то я подумал, что узнаю об этом позднее, когда Лидка свою книжку напишет. Она ведь так похожа на Елену Канарейкину. Всё-таки хорошо быть мной. Сам себе завидую!