Дверца разбитого шкафчика отвалилась. Откуда–то из глубины его послышался глухой стон.

И на пол вывалился череп. Мы с Ханной отскочили назад.

Это был не маленький резиновый череп, а настоящий череп нормального размера с горящими красными глазами.

Но эти глаза горели всего несколько мгновений. Потом череп издал последний стон — стон агонии и своего поражения. Глаза его начали тускнеть и погасли совсем. Осталась лишь пустая темнота.

Я набрал в грудь побольше воздуха. Подбежал к нему и пнул ногой. Череп отлетел в глубь коридора.

— Гол! — закричала Ханна.

Держась за руки, мы вышли из школы — на яркое послеполуденное солнце.

Я глубоко, с наслаждением вздохнул. В воздухе пахло такой приятной свежестью.

Дома, деревья, небо — всё казалось таким прекрасным.

Я остановился у края тротуара и, наклонившись, что–то поднял.

— Эй, посмотри–ка! — показал я находку Ханне. — Я нашёл пенни! Похоже, сегодня у меня везучий день!