— Видмедь, — заорал я.

Мой крик прозвучал для Данилы как выстрел стартового пистолета для спринтера на стометровке. Как мы выскочили из сарая, я не помню, но обратный путь в километр мы проделали в несколько раз быстрее. Сзади неслись крики и даже был слышен топот. На излучине реки, не имея сил дальше бежать, мы повалились на землю.

— Жив? — спросил меня Данила.

А я начал кое-что понимать. Вдалеке показалась бегущая к нам Настя, за ней косолапил Мишка. А еще дальше торопливо вышагивал дед Макар.

— Дурак ты, Данила, — пихнул я приятеля, показывая в сторону деревни. — Не мы им сюрприз приготовили, а они нам. Ты понимаешь, Мишка — Президент перестал ломаться и перешел жить на свое старое место, на сеновал, а мы его потревожили. Вот поэтому нас с тобой в письме и предупреждали, что обязательно будут встречать. А ты — «сюрприз, сюрприз». То, что они нам приготовили, вот это сюрприз!

Какая у нас была встреча! Какой потом стол! И Мишка сидел с нами. Скажу честно, хоть он и Президент, но некультурный уж очень, чавкает за столом как свинья. А вот чай с блюдца пьет степенно. Молодец. Ульи Дадана Мишке совсем не понравились, он не мог лапой достать до дна, а дед Макар был доволен нашим подарком, это не закопченный чайник Мамая. На следующий день дед Макар и Мишка ушли в лес, а мы с Данилой целый день травили девчонкам байки. И только через три дня, когда мы поехали обратно, я вспомнил, что не узнал причину исчезновения собак, и решил их заочно повесить на Мишку — Президента.