За окном белела первозданной чистотой Торговая площадь, походившая теперь на огромный обеденный стол, застеленный белоснежной скатертью.

А недавние «птички» в виде толстого важного генерала от инфантерии[188]и его квадратного адъютанта ехали в ту самую минуту по дороге в далёкий город Иркутск. Закутанные в медвежьи полости[189], они лежали в санях ямщика и смотрели на скованное морозом прозрачное вечернее небо, в котором проклёвывались далёкие хрустальные звёзды. Молчали. Только жёлтенький попугайчик, сидящий за пазухой у адъютанта, что-то обиженно щебетал о долгой беспорочной службе на благо её императорского величества.