Глава 1
– Как метет-то, Григорий Максимович! Как метет… Ни черта не вижу.
– Сбавь скорость. Нам спешить некуда.
– Сделано. Ух, нееее… Не везет тому, кто сейчас на улице.
Григорий усмехнулся и оторвался от бумаг.
Да, мело знатно.
– Антон, о чем ты? Мы в глуши. Почти в непроходимой. Рули давай, философ.
– Рулю, Григорий Максимович. Да я только представил. Мало того, что на улице за двадцать пять минус, так ещё и пурга. Давно такой метели не было.
– А ты из старожил что ли?
Сегодня, как ни странно, болтовня Антона его не раздражала. Молодой мужчина чувствовал настроение хозяина и развлекал себя и его заодно. Григорий дотронулся до глаз, потер их. Хватит работать. Он вроде бы как решил себе отпуск устроить, на целых десять дней валит подальше от цивилизации, причем в такую глухомань, куда до него просто так не добрались бы. Добраться, конечно, можно до всюду. Было бы желание. Но чем больше создашь препятствий, тем лучше.
Гриша хотел уединения.
Пошли все к черту.
Вот все. И именно туда.
Он пахал последние три года, как проклятый.
Заслужил десять дней тишины.
Ничего не развалится без него. А если развалится, полетят головы. И это не фигуральное выражение для красивого словца.
Коттедж в этой местности он присмотрел уже давно. Его строил знакомый, который вдруг резко передумал жить среди лесов и волков, как он говорил. Прикупил дом на берегу океана, где пальмы и полуголые красотки. А коттедж перепродал Григорию. Хотел подарить, но Седой категорически отказался. Ни к чему ему такие подарки.
Коттедж был небольшим. Двухэтажным, квадратов четыреста, что вполне устраивало Григория. Бассейн. Подземный гараж. Охотничий домик. Рядом озеро. Парни всё лето доделывали его. Ограждали, устанавливали спутниковую систему, подключенную к системе безопасности. Нашпиговывали прочими хитростями, без которых ему никак. Осенью Григорий дом принял, лично всё проверил и остался довольным.
Теперь осталось его проверить на профпригодность. А то, может, тоже от него откажется. Оставит пустовать.
– Нет, конечно, какой я старожил… Скажите тоже. Просто я иногда астрологов, простите, климатологов слушаю. Интересные вещи говорят. И вот они-то как раз и вещают, что давненько не было такой метели даже тут. А сейчас прогнозируют, что снег будет валить ещё неделю. Так что мы с вами вовремя. А то ненароком и не добрались бы до…Твою ж мать!
Услышав ругательство, Григорий мгновенно подобрался.
– Что?
– Машина. Впереди. На стопорях.
Григорий тоже выругался. Подался вперед, всматриваясь в непроглядную снежную темень, если такое выражение уместно. Свет от фар рассеивался, но не зря Антон монотонно ворчал по поводу расшалившегося снегопада. Снег падал крупными хлопьями, сильно, плюс ветер.
Погодка знатная, что тут скажешь.
– Проезжай медленно. Ещё медленнее.
Григорий не напрягся. Его валить сейчас не имело резона. Давно страсти поутихли, он даже телохранителей частично отозвал. С ним поехал один Антон. Остальные остались в городе, правда, предварительно они зачистили территорию, ещё раз проверили дом.
Это уже, скорее, по привычке.
И тут машина.
На трассе.
Хотя…
– Проезжаем, Григорий Максимович? – Антон повернулся к нему и выжидающе посмотрел.
– Тормози.
Парень послушно нажал на педаль. Его внедорожник плавно остановился, немного забуксовав. Всё-таки не зря поговаривают в народе: «Чем круче джип, тем дальше идти за трактором». В их случае даже непонятно, какую технику придется вызывать.
Они, прежде чем отправиться в путь, залили полный бак. Плюс несколько канистр прихватили. Ещё небольшую обогревательную «пушку». Мало ли… Дорога длинная, дальняя, снежная. Коттедж Григория находился на территории, вокруг которой на пятьдесят километров по периметру не находилось более ни одной застройки. Об этом постарался прежний владелец. По сути, именно уединенность и послужила решающим фактором при выборе.
Что могла делать ещё одна машина на трассе… ночью…
Мысли возникали нехорошие.
Григорий первый открыл дверь. Но поддалась она не сразу. Ветер, что бушевал снаружи, мешал.
– Григорий Максимович, может, я сначала?
Гриша ничего не ответил, взял перчатки, что лежали в бардачке, поднажал и спрыгнул на дорогу, сразу же зачерпнув военными ботинками снег.
– Вот бл…во, – в сердцах выругался он, щурясь.
Если бы не стопари, они не заметили бы машину. Серый седан почти занесло снегом. И если внутри окажется кто-то живой, он смело может записывать сегодняшний день вторым днем рождения.
Антон, по-молодецки кряхтя, тоже выпрыгнул следом. И тоже не сдержал ругательства.
– Пошли.
Пригибаясь и защищая глаза от снега, выдвинулись в сторону седана. Ветер сшибал с ног. Не помешали бы очки, что использовали полярники и лыжники. Они где-то тоже имелись, в одной из сумок. Но искать их времени не было. Желания – тоже.
Плюс, если бы подозрения Григория оправдались, счет мог идти на минуты.
И сам он, и Антон были крепкими молодыми мужиками, но и им пришлось постараться, чтобы преодолеть какие-то несчастные десять метров до заметенного седана. Ещё бы минут тридцать, и снег полностью поглотил бы его. Тогда уже и работающие стопари не помогли бы. Да и какая вероятность, что по глухой трассе кто-то проедет в такую непогоду? Если Антон прав, и мести будет ещё с неделю, то местные запаслись продуктами и никуда нос не высунут.
– Фонарик взял?
– Да.
– Свети.
Они подошли к машине, и Антон начал расчищать снег, чтобы просветить салон, узнать, не брошена ли машина. Если брошена, то искать тех, кто в ней ехал, не имело смысла. Их или кто-то уже подобрал, или они стали пленниками метели. Третьего варианта не дано.
Антон достал из кармана меховой парки перчатки, потом небольшой фонарь, включил его и посвятил через стекло.
– Да черт возьми, – застонал парень и интенсивнее начал расчищать снег с окна двери.
Григорий покачал головой. Чуть сдвинул водителя, нащупал ручку у двери, при этом его ладонь практически наполовину утонула в снегу, и потянул на себя. Ручка со скрипом поддалась. Снег с крыши повалился в салон, как только Григорий открыл дверь. Полностью открыть не удавалось, мешали сугробы. Они сами стояли, фактически по колено провалившись.
