И выплеснувшись в нее, заполнив собой, повалившись рядом с ней, обессиленной, еле дышащей, сгребаю в охапку.

Я дома. За кучу гребаных лет я в первый раз действительно чувствую, что дома.

Здесь. Рядом с ней. В запах ее, в волосы ее зарываясь. Скользя руками по атласной коже. Потому что она и есть мой дом.

И сердце замирает. Щемит невыносимо. От забытого давнего чувства. До хрипа, что сдавливает глотку, не в силах вырваться наружу.

— Ты моя жизнь, — шепчу, зарываясь лицом в золотые волосы. — Вся моя жизнь, София. Спасибо. Спасибо, что дала мне шанс.