Но нет! После первого неистового штурма он успокаивается, ив его движениях проступает что-то рафинированное: он ласкает ее умело и нежно.

И вдруг он сползает с нее, поворачивается на спину ипривлекает ее на себя. Она понимает его намерения в то самое мгновение, когдаруки второго начинают раздвигать ее ягодицы, и этот юноша неудержимо проникаетв нее с другой стороны, в то время как первый по-прежнему остается в ней. И,несмотря на мгновенную боль, она, чувствуя на своих губах соль моря и жаркоедыхание мужчины, спрашивает себя: можно ли быть счастливее? Ах, как прекрасныэти двойные удары! Как ощущают ее живот и поясница вес этих двух мужчин.Кажется, вот-вот они прорвут тонкую перегородку и встретятся там, внутри,подобно двум счастливым друзьям!

Но этого мало: остается еще один вдох, еще одна гавань этогобезбрежного тела свободна. Она поднимает голову, и третий мужчина становитсяобладателем ее широко раскрытых губ.

Схвачено! Все трое – туда, глубже, глубже, сильнее! Онапразднует мистерию страсти, улыбается, поет, ликует. Ах, как хороши три еегероя! Их трое? Нет, это один ее любовник, один с тремя орудиями наслаждения, стремя головами, с тремя парами рук, ласкающих ее тело.

И вот все четверо содрогаются в невероятных судорогах изамирают. Эммануэль освобождается и в один прыжок достигает террасы. Онаоткидывает бамбуковую занавеску и входит в комнату, где спит Анна-Мария.

Эммануэль опускается на колени, раздвигает обеими рукаминоги своей возлюбленной. Она прижимает губы к вздрогнувшему лону и вдувает тудавесь жизненный сок, которым наполнен ее рот.