Он берет со стола кофейную чашку, делает глоток, морщится.

— Горькая, дрянь! Я отклонился от темы, прости. Так вот. Теперь я могу сказать тебе, что такое перерождение.

Алистер встает, подходит к Брендону и склоняется так, чтобы смотреть ему в глаза.

— Попробуй представить себе колодец. Темный. Без дна. Это ты. Это весь ты — от и до. Ты смотришь сам в себя и слышишь вопрос: «Отдашь?» Ты не знаешь сколько и чего, но отдаешь. И дьявол ли, бездна ли, вечность — тот, кто вопрошает, — черпает из твоего колодца. Столько, сколько надо. Оно предопределено. Это та цена, которую ты готов отдать за возвращение. Тот кусок твоего времени, жизни, души, которым ты готов поделиться.

«Сколько?» — спрашивает Брендон на амслене, не отводя взгляда.

— Я не смог дать много. Я не люблю этого мальчишку так, как моя мать любила тебя. Но теперь я знаю, почему она умерла так рано.

Алистер выпрямляется, трет виски ладонями.

— Я не стал давить парню волю. Хочу посмотреть, что произойдет. И впредь буду работать исключительно с помощниками. Я хочу дожить до внуков, компаньон. Пусть своим колодцем делятся те, кому дороги их близкие. Мальчишка скоро проснется. Процесс заживления занимает куда меньше времени, чем я думал. Компаньон, мне надо вернуться в лабораторию. И мне бы не хотелось быть там одному. Я так устал, что боюсь уснуть и пропустить все на свете. — Он смотрит на Брендона умоляюще и добавляет: — Я убрал все в лаборатории. Чтобы тебе не… ну, ты понимаешь.

Брендон кивает и направляется к выходу из библиотеки.

В лаборатории отчетливо пахнет кровью. Алистер начисто вымыл столы и пол, но запах остался. Мертвый мальчишка, по горло укрытый старым пледом, лежит там, куда его уложил Брендон. Только ресницы у него едва заметно вздрагивают.

Алистер кладет ладонь мальчишке на лоб, ерошит густые темные волосы.

— Подойди, Брендон. Смотри, как спокойно он спит.

Брендон замечает за ухом мальчика металлический отблеск, приподнимает край пледа и отшатывается прочь, в ужасе глядя на Алистера.

— Ты что, компаньон? — удивленно спрашивает Баллантайн.

«Зачем ты?» — с трудом вспоминая слова, жестикулирует Брендон.

— Что «зачем»? — не понимает Алистер.

Вместо ответа Брендон указывает на свою шею, потом на мальчишку.

— А-а-а, — тянет Алистер. — Всего-то… Я его делал по твоему образу, компаньон. Оставил максимально сохранным сознание, но с телом особо не мудрил. Сделал все так же, как мать. По ее записям. Черт возьми! — взрывается он внезапно. — Да не смотри ты на меня так! Кэрол несколько лет все выверяла! Я что — должен был за эту ночь придумать, что куда воткнуть, чтобы работали голосовые связки? Потроха ему оставить?

Мальчишка шевелится, сонно моргает. Алистер тут же прекращает крик и склоняется над перерожденным.

— С возвращением, Кевин. Ты меня слышишь?

Парнишка судорожно хватает ртом воздух, давится, пытаясь вдохнуть, мечется на столе. Алистер старается удержать его, бормочет что-то успокаивающее. Мальчишка замирает под его руками, лишь шарит по сторонам бессмысленным взглядом. Брендон стоит поодаль, сжимая и разжимая механические кулаки.

— Кевин, тихо. Смотри на меня. Не надо бояться. Тише. Вот так, да. Садись, я тебе помогу. Потихоньку.

Бряцает об мрамор металл. Мальчишка с ужасом рассматривает свои руки, ощупывает тело. Его лицо искажает такая гримаса, что Брендона накрывает тоской и безысходностью. «Алистер, что ты наделал…»

— Кевин, послушай. Меня зовут Алистер, а это Брендон. Мы тебе поможем. Ты привыкнешь…

«Успокойся. Ты привыкнешь», — шепчет память голосом Кэрол. И как наяву Брендон видит большое румяное яблоко в ладонях, покрытых пятнами от химикалий.

Перерожденный Кевин с силой отталкивается от края стола, вырывается из рук Алистера и бежит со всех ног прочь из лаборатории. Брендон и Баллантайн бросаются за ним. Мальчишка ядром врезается в дверь, почти срывая ее с петель. Поскальзываясь на механических ногах, несется к ограде, с неожиданной ловкостью перелезает ее и стремглав летит прочь по Лайон-стрит.

Алистер выдыхается примерно через триста ярдов, Брендон бежит за мальчишкой, уклоняясь от машин и экипажей, сбивая с ног прохожих. Кричат женщины, испуганно ржут кони. Кевин несется напрямик, потом сворачивает к набережной. На мосту Брендон почти нагоняет его, но мальчишка шарахается в сторону и в мгновение взлетает на широкое каменное ограждение.

Секунды оборачиваются вечностью. Взгляды двух перерожденных встречаются. «Нет, — умоляет Брендон. — Не надо!» Мальчишка застывает, раскинув руки, и в его глазах Брендон видит только одно — желание покоя. Миг — и Кевин уже летит вниз. Лед Фармингтона с треском проламывается, и река принимает в себя соединенные плоть и металл.

Брендон с трудом пробирается назад сквозь толпу и видит Алистера. Тот неподвижно стоит посреди улицы и взгляд его темнее и холоднее вод Фармингтона.

— Никакой свободы воли, — ровно говорит Баллантайн, когда Брендон подходит ближе. — Кукла должна быть куклой.

* * *

Проходит три месяца, срок сдачи муниципального заказа все ближе. В городе бушует весна, в парках цветут магнолии и ранние розы, улицы заполоняют хорошенькие цветочницы с корзинами хрупких ирисов, ярких тюльпанов, ароматных нарциссов. Зазывалы на Сансет-авеню и Лайон-стрит не умолкают, приглашая совершить облет весеннего Нью-Кройдона на прогулочных дирижаблях. Солнце, преломляясь в гранях массивной хрустальной вазы на окне, осыпает комнату Брендона фейерверками радужных бликов.

Брендон сидит у открытого окна и учит амслен — язык жестов, разработанный Лораном Клерком более полувека назад. День Брендона полностью расписан. Два часа с утра он тратит на самообразование, после приходит Абби, и они на пару практикуются в амслене. Девушке нравится общаться с Брендоном, она с удовольствием помогает ему. У нее милая улыбка, а прикосновения ее рук весьма приятны. Она следит за чистотой в комнате Брендона, содержит в идеальном порядке его одежду, помогает с умыванием. С ней изучение языка жестов продвигается гораздо быстрее.

К полудню Брендон и Абби садятся в экипаж и едут в Солт. Там Алистер Баллантайн арендует громадный гулкий ангар. Раньше в нем кипело производство механизмов для дирижаблей, но год назад прежние владельцы переехали в другой район, и муниципалитет предоставил здание Баллантайну. Здесь идет работа над куклами: днем собирают механические конечности и маленькие паровые двигатели, а ночью сюда приезжает Алистер в сопровождении нескольких человек, и начинается совершенно иной процесс. Алистер Баллантайн соединяет механизмы с мертвыми телами и возвращает их к жизни. Брендон не участвует в работе оккультистов и анатомов. Их с Абби обязанность — обучать механических кукол амслену.