– Нарин, – шептал чей-то голос. – Мы найдем его. Чего бы это ни стоило… Вы будете вместе.

– Нет, – пробормотала я в ответ, не отводя взгляда с того места, где только что стоял мой муж. – Нет…

Минуты перестали бежать. Время остановилось… вместе с моим сердцем. Казалось, уже ничто не сможет разорвать внезапно охватившую разум тьму… И пустоту…

– Нарин, – проговорил советник, опускаясь рядом со мной. – Ты должна выйти к эмпатам. Нельзя, чтобы они узнали, что произошло. Мы что-нибудь придумаем. Дорриэн вернется.

– Я? Выйти? Зачем?

– Ты – Владычица. Они хотят тебя видеть.

Я встала на колени и, сжав голову руками, прорыдала:

– Я – не Владычица. Я – никто. Я – мертвая.

Чьи-то руки подняли меня и повели по коридорам замка. Тихие голоса шептали, пытались утешить, привести в чувство, а я шла на подкашивающихся ногах и ничего не понимала. Ничего не чувствовала, кроме дикой боли, сжигающей все внутри.

Толпа восторженно зааплодировала, приветствуя повелительницу. Крики, смех, поздравления…

– Улыбайся, – шептал голос советника. – Умоляю, улыбайся.

И я улыбалась. Слезы стекали по лицу, а я улыбалась. Я, Владычица эмпатов, стояла перед своим народом и улыбалась. Я вглядывалась в чужие лица, пытаясь отыскать в них родной образ. Но его не было. Его похитили вместе с моей душой. Вместе с жизнью…

Голоса смолкли, Ирриэтон погрузился в сон, а где-то далеко слышался тихий плач его Владычицы. Опустившись на колени, она смотрела на звездное небо и побелевшими от боли губами шептала клятву. Нарин клялась вернуть свою любовь, а вместе с ней и свою жизнь…