– А вы не считаете, мать Евдокия, что Леонардо послан мне в виде искушения на пути к монашеству?

– Господи, ну какая же вы фантазерка, Саня! Ведь он же не на голову вам свалился, не напал из-за угла, как партизан! Он ведь с вами с самого начала вашего пути. Да и взгляните вы на своего Леонардо повнимательней – он же чист и тверд как алмаз. Вот ваша бабушка – та давно это поняла. Да если хотите знать, вас с вашим Леонардо и ваша бабушка, и матушка, и все сестры наши уже давно считают женихом и невестой, еще с той поры, как он вас искал по всему свечу. Искушение… Это вы у нас искушение, солнышко вы наше неуемное!

Я помолчала. Подумала. А потом сказала решительно:

– Мать Евдокия. Дайте мобиль, а то пешком пойду.

– От вас чего-нибудь такого только и жди, – она, вздыхая, выдвинула ящик стола и достала из него электронный ключ от мобиля и еще один большой железный ключ – от семи дверей. – Берите и езжайте спокойно, матушка благословила. Вот и ключ от ворот велела вам передать.

– Сама матушка?

– Вы же знаете, как матушка детей любит…

Когда я выехала за последние, седьмые, железные двери, я увидела стоящий за ними джип, а возле него сидящего на камне Леонардо.

– Мио Леонардо! Ты что тут делаешь?

– Тебя жду, кара Сандра.

Подвенечное платье шила мне Лара. Венчал нас отец Александр.

Санкт-Петербург. Ириночка– Мюнхен 2001 г.

Придет время, когда люди станут безумны, и если встретится им кто-нибудь кто не безумен, они обратятся к нему, говоря: «Ты бредишь»! И все потому, что он не похож на них.

Апофтегмы отцов – пустынников

Авва Антоний