Командор посмотрел на Бетрима, и в его глазах было что-то такое. Похоже, в его глазах смешались печаль и ненависть, ярость и гордыня.

— Город твой, "Черный Шип", — повторил командир. — Но убийство ребенка должно быть наказано.

Командир поднял белый флаг и опустил его на землю. На стене фигура в кавалергардской шляпе подалась вперед, пролетела несколько футов и остановилась, сопровождаемая резким щелчком, звуком ломаемой шеи. Веревка натянулась, и еще некоторое время, по инерции раскачивалась, ударяя тело Бена об стену. Даже с такого расстояния Бетрим мог видеть как ноги Бена из Шести Городов бьются, в последних судорогах.

Бетрим долго стоял и смотрел. Не произнеся не звука. Давно миновал тот момент, когда его собственные войска начали маршировать к городу. Казалось, мир вокруг него померк, пока он смотрел на труп своего друга, висящий на серой каменной стене. Кто-то сунул ему в руку бутылку, и Бетрим повернул голову, чтобы увидеть Генри, стоящую рядом с ним. Все еще красивая, но окровавленная и потная. У нее была своя бутылка, и она подняла ее в знаке почтения.

— Выпьем за павших, — тихо сказала маленькая убийца.

Бетрим дополнил тост.

— Скоро мы к ним присоединимся.