Завершающие слова ритуала пронеслись над курганом. Ослепительный свет хлынул из глаз зомби, потом изо рта. Мертвец сделал шаг вперед, и Ольгерд протянул руку, думая, будто сын идет ему навстречу.

Силуэт креста вскипел в теле умертвия, разрывая его на части. Черная пелена спала, я снова мог двигаться. Снежана подняла меч.

— Что это было? — спросил Горкан.

— Серебряный христианский крест, — ответил я. — Я завернул его в платок, пропитанный соком мандрагоры, и положил Игорю в калиту.

Рука Ольгерда замерла, не коснувшись сына.

— Колдовское растение не дало Лорду почувствовать амулет, — сказал я. — Но когда черный ритуал закончился, — крест пробудился. На это я и рассчитывал.

— Игорь… Сын… — пробормотал Ольгерд.

Его кожа начала гнить. Он превращался в зомби.

— След чаши привел вас к кургану, Горкан, — продолжал я. — Значит, сотский был тесно связан с хозяином черепа. Им не могла оказаться женщина — Снежана видела Лорда и знала, что он мужчина. Все товарищи воеводы были в тот день на мосту. Кроме сына.

Ольгерд смотрел на растерзанные куски плоти, которые мгновение назад были Игорем. Когда сотский поднял глаза, он увидел Снежану.

Девушка держала в руке меч.

— Я спас твою жизнь, — прошептал зомби.

Волшебница размахнулась и отрубила голову Ольгерду.

— Я спасла твою душу, — ответила она.

Начал идти снег.