— Всегда кто-то будет нам противостоять. Но когда мы закончим свое дело, останется лишь наша версия истины. И обещаю тебе, Сильвестр, тогда у церкви будет лишь один Папа — в Риме.

Завуалированное обещание, что когда-нибудь он возглавит христиан всего мира, заставило Сильвестра задрожать в предвкушении.

— Но почему в Риме, ваше величество? Остальные епископы не будут рады этому.

Повернувшись спиной к Сильвестру, Константин подошел к трону и сел. Выставив перед собой открытую ладонь, он с силой сжал ее, будто что-то раздавливая.

— Церковь будет моей, — прошипел он.