— Я привез тебя в клинику, Женя. Сейчас пройдем осмотр, а потом поедем в полицию, давать показания.

— Но я не могу! — начинаю волноваться, нервно цепляя руки в замок, — Он мне Дашку не отдаст.

— Женя, твоя дочь не вещь, она может выступить в суде и выбрать сторону отца. Твой муж не заставит ее уйти к тебе насильно. Как ни печально, но Даша сделала свой выбор и тебе придется с этим смириться, — говорит Эдуард, а Вика соглашается:

— Отпусти ее, Жень. Дашка умная девочка, поймет, что к чему.

— Но как же я без дочери? — мне страшно, мне дико больно, что родная дочь отказалась от меня. Так больно, что я не могу вдохнуть полной грудью. Словно там все зацементировалось и разрывает изнутри, а кислород не идет.

— Отпусти ее, — повторяет Вика, — Я Сашу вчера отпустила, — печально добавляет она, а я смотрю на нее, широко открыв глаза. Вот это новости. Что творится вообще вокруг меня?!

Глава 37

— Значит, ваш муж хочет, чтобы вы переписали все на него обратно? — задумчиво произносит Эдуард.

Мы сидим на кухне у Вики, куда приехали после того, как я побывала у врачей. Слава Богу, с горлом все в порядке, Стас не сильно травмировал мне шею. Синяки есть, да. Все зафиксировали и теперь сидим, пьем чай с пирожными, думаем, что делать. Точнее, думает Эдуард, а я страдаю по дочери.

— Да, он сказал, что это деньги, не его, — объясняю Вике и адвокату, — А если это правда, то за этим стоят серьезные люди. Как я могу пойти против такой машины? Меня и дочь просто снесут, не оставят мокрого места.

— Такое может быть, согласен, — кивает адвокат, — Лучше эти деньги вернуть, НО! — поднимает вверх указательный палец, а мы с Викой невольно улыбаемся. Такой серьезный защитник у нас, строгий, — Что? — недоуменно поднимает брови Эдуард.

— Ничего, просто почему-то представила вас в костюме мушкетера, а Стаса кардиналом, — едва сдерживаю улыбку и все же смеюсь.

Эдуард тоже улыбается, а Вика как-то заинтересованно смотрит на нас.

— Так, ладно, дамы, я поеду, — допивает свой чай адвокат, — Есть у меня один знакомый в этой сфере, он все про всех знает. Постараюсь в ближайшие дни уточнить, все ли счета у вашего мужа левые, или все же есть за что зацепиться. Если все, то придется отдать, Женя. Такие люди своим не делятся.

— Да я разве против, если чужой. Мне чужого не надо. Свое бы получить, — пугаюсь я, — Нет, если Стас замешан в отмывании денег, то, конечно, я откажусь.

— Не нужно никому пока ни от чего отказываться. Хорошо, что не подписали. Я постараюсь узнать какие именно суммы, и кому принадлежат. Передадим напрямую этим людям, а вот процент от такой сделки, а он, я думаю, тоже немаленький, поделите с мужем на равных. И еще, Женя. Если ваша дочь остается с отцом, то будьте готовы к тому, что ваш муж может потребовать с вас алименты на содержание дочери. Я подумаю над тем, куда вас можно устроить официально. К первому заседанию вы должны уже работать, это обязательно. Иначе вам дочь не отдадут, если вы оба будете на нее претендовать.

— Конечно, я буду бороться за Дашку, даже не сомневайтесь.

— Даже и не думал, — смеется Эдуард, — Ладно, с вами хорошо, но, к сожалению, нужно ехать домой. Женя, я заявление на вашего мужа подаю? Все, что Станислав с вами сделал — это выходит за рамки.

— Понимаю… — задумчиво произношу я, — Но можно мне подумать до завтра? Свидетелей все равно нет. Мы были вдвоем, показания дочери не в счет. Я даже не собираюсь втягивать вовсе это Дашу, да и не видела она ничего, к счастью.

— Решать вам, мой совет, если не хотите, чтобы это стало достоянием общественности, оставьте до суда. Там и покажем, как с вами обошелся муж, когда узнал о разводе.

— Это, мне кажется, лучшим выходом, — соглашаюсь я, — Завтра я еду в клинику, встану на учет и проверю ребеночка. После такого стресса сами понимаете. Сегодня врачи смотрели, сказали, все нормально. Но я хочу убедиться.

— Конечно, но без надобности не выходите из дома. Вам что-нибудь нужно? — Эдуард проходит в прихожую, снимает с вешалки из шкафа свое пальто. На воротнике засохшие пятна крови.

— В химчистку надо, — подсказывает Вика, — И рубашку с пиджаком.

— Отдам, — кивает адвокат.

— Можно мне купить ноутбук и установить туда простейшие программы по дизайну? — прошу Эдуарда, — Сама я в этой технике мало что понимаю.

— А у вас нет? — удивляется он.

— Нет.

— А как же вы работаете?

— Рисую на листах формата А4, — признаюсь я, — Кстати, мне нужны карандаши, листы и краски.

— Пришлите мне список, я все куплю, — прощается с нами адвокат и выходит за дверь.

Вика закрывает и приваливается к двери, лукаво смотрит на меня:

— И что это сейчас такое было? — улыбается она.

— Где? — делаю вид, что не понимаю, о чем она говорит.

Иду обратно на кухню и наливаю воду в чайник.

— Ты и Эдуард? — пристает с вопросами подруга.

— Ты что, между нами ничего нет. Я просто его клиентка, — возмущаюсь я.

— Ну, конечно, просто клиентка, — смеется Вика, — Ты нравишься ему, Жень. Мужчина получил по носу, а сидит и смотрит на тебя, как объевшийся сметаной довольный кот.

— Скажешь тоже, — отмахиваюсь я, наливая нам обеим чай, — Да и не до этого мне сейчас. Кому я нужна, беременная, да с такими проблемами в виде развода и мошенника мужа.

— Кому-то нужна, — смеется Вика.

— Не говори ерунду, — почему-то смущаюсь я, — Лучше расскажи, что у вас случилось с Сашей.

Вика сразу становится серьезной, с лица стекает улыбка, а в глазах такая тоска, что даже мне смотреть на нее больно.

— Саша ушел, — потухшим голосом говорит подруга.

— Как это ушел? — возмущаюсь в ответ, — Саша не мог от тебя уйти. Он любит тебя, Вика.

— Это было мое решение. Слышала «Если любишь — отпусти». Вот я и отпустила. Потому что люблю, потому что заслуживает нормальной жизни с семьей, детьми, внуками…

— И Саша так просто согласился? — не верю я почему-то, что все так просто у них, — Не может быть, чтобы он вот так взял и ушел. Даже не пытался уговорить тебя?

— Нет, молча встал, собрал свои вещи и ушел. Даже дверью не хлопнул, представляешь, — начинает всхлипывать Вика, — Жень, я же дышать без него не могу, — слезы потоком хлынули из глаз Вики, а я подошла и обняла ее, целуя