Кухня встретила его тишиной и мягким светом от уличного фонаря, пробивающимся через узкие щели в шторах. Дима медленно прошёл к столу, машинально включил кофемашину и потянулся к полке, на которой стояла узкая бутылочка с карамельным сиропом. Пальцы скользнули по холодной стеклянной поверхности, на миг замерли, но он всё же снял крышку и щедро плеснул в чашку сладкой, тягучей жидкости.

Карамель. Слишком приторная, почти липкая на вкус. Раньше он терпеть не мог даже запаха, но теперь с каждым глотком вспоминал тот самый день в кафе: как Ирина прихватила две чашки кофе, одну из которых она ему протянула с хитрой улыбкой, зная, что он такой не пьёт. Ему пришлось сделать пару глотков, чтобы не обидеть её. И вот сейчас, выдыхая горячий пар и чувствуя лёгкую сладость на языке, он неожиданно понял, что этот привкус… нравился ему.

— Чёрт… — пробормотал он себе под нос и залпом осушил чашку, едва не обжигаясь. Пустую кружку отставил в сторону, сразу же налил новую порцию и, едва удерживая её в ладонях, вернулся наверх.

Комната встретила его привычной тишиной, нарушаемой лишь мягким дыханием Ирины. Она лежала на его кровати, свернувшись калачиком, будто маленький котёнок, обнимая подушку обеими руками. Волосы разметались по наволочке, дыхание было ровным и спокойным. Дима задержался в дверном проёме, наблюдая за её безмятежным лицом. В это мгновение она казалась почти невесомой, призрачной, словно стоило протянуть руку, и она исчезнет, растворится в воздухе.

Парень тихо вздохнул, качая головой, и вернулся к столу, отставив кружку на край стола. Чёрный экран монитора загорелся при касании клавиш, и список папок снова всплыл перед его глазами. Дима потёр ладони, собираясь с мыслями, и принялся за дело.

Папка первая: десятки фотографий. Девушки на вечеринках, рядом со Стасом, в компаниях его друзей. Некоторые снимки выглядели… компрометирующими: тёмные помещения, бутылки на столах, размазанные в улыбках лица. С каждым щелчком мыши всплывали всё новые лица: кто-то из института, кто-то из клубов, которые они частенько посещали. Папка вторая: скриншоты переписок, короткие аудиофайлы, заметки с именами и пометками на полях. Всё это было выстроено в строгом порядке, датировано и систематизировано.

Дима склонился ближе к экрану, вчитываясь в имена. Почерк Стаса угадывался по небрежным пометкам на фото — фамилии, иногда адреса, кое-где стояли галочки или крестики.

Папка третья… четвёртая… пятая… Он открывал их одну за другой, перелистывал, выискивая знакомые лица. Многие из девушек он знал в лицо — они мелькали в кампусе, иногда сидели в соседних аудиториях. Некоторые даже здоровались с ним, когда проходили мимо, не подозревая, что их фотографии хранятся в этом мрачном архиве.

Но чем глубже он погружался в эту бездну информации, тем сильнее росло недоумение. Лица менялись, истории сменяли друг друга, в переписках всплывали намёки на какие-то «услуги», угрозы, иногда почти откровенные вымогательства… Но ни в одной папке, ни на одной фотографии не было Ирины Романовой.

Дима нахмурился, заставляя себя просматривать содержимое ещё внимательнее. Мог пропустить? Вряд ли. Он пересматривал каждую папку дважды, листал переписки, пробивал метки на фото, но её имени нигде не всплывало.

Ирина Романова отсутствовала в этом тщательно собранном компромате, словно её никогда не существовало в мире Стаса.

Дима откинулся на спинку кресла, сцепив пальцы на затылке и уставившись в потолок. Его мысли бурлили, как раскалённый котёл. Он снова перевёл взгляд на спящую девушку, которая так безмятежно дышала, обнимая подушку.

Стас запугивал её. Шантажировал, грозил обнародовать компромат, заставлял играть по его правилам… Но у него не было ни единого доказательства.

Дима прикрыл глаза, в груди нарастало странное чувство тревоги и сомнения. Что-то в этой истории явно не сходилось. Но что?

Глава 44

Ирина сладко потянулась, приподнявшись на локтях. Комната была наполнена мягким утренним светом, пробивающимся сквозь неплотно зашторенное окно. Дима сидел у компьютера, его фигура слегка согнулась вперед, а пальцы быстро бегали по клавишам. Склонившаяся голова и напряжённые плечи говорили о том, что он, вероятно, даже не ложился.

— Доброе утро, — зевнув, сказала Ира, прикрывая рот ладонью.

— Доброе, — отозвался Дима, не оборачиваясь. Голос его был немного хриплым, как у человека, который давно не говорил. — Сделай мне кофе, пожалуйста.

Ира поднялась с постели, накинула на плечи его мягкий фланелевый халат и направилась вниз. На кухне стояла лёгкая прохлада, и от этого бодрость пришла быстрее. Поставив турку на плиту, Ирина кинула в неё ложку ароматного молотого кофе, добавила воды и, постояв пару минут в ожидании, принялась размешивать ложечкой, наблюдая, как на поверхности медленно образуется густая пенка.

Пока напиток готовился, она оперлась локтями на подоконник и посмотрела на улицу. Вдали уже оживлённо суетились машины, торопились на работу прохожие, и казалось, что весь мир просыпается, кроме Димы. Он будто жил в каком-то другом измерении, в котором не существовало ни сна, ни времени.

Когда кофе был готов, Ира разлила его в большую керамическую кружку и, не забыв добавить сахара, поднялась наверх.

Она толкнула дверь в комнату бедром, осторожно удерживая кружку обеими руками, и, подойдя к столу, поставила её рядом с клавиатурой.

— Спасибо, — тихо сказал Дима, наконец-то оторвав взгляд от экрана. В его глазах читалась усталость, но ещё что-то новое — азарт, смешанный с подозрением.

Ира выпрямилась и, поправив волосы, только сейчас обратила внимание на монитор. Там, на рабочем столе, было открыто множество папок. Структурированные, с датами и подписями, они занимали почти весь экран.

— У тебя получилось! — радостно воскликнула она, склонившись ближе, чтобы рассмотреть детали. В её голосе не было удивления, лишь удовлетворение и гордость за него.

Дима кивнул, но на его лице не было радости.

— Есть небольшая проблема, — он откинулся на спинку кресла и потёр глаза, словно снимая с них невидимую пелену.

— Какая? — Ирина прищурилась, её взгляд бегло пробежался по экрану.

Дима повернулся к ней, сложив руки на коленях.

— Я нашёл компромат на многих… но не на тебя.

Ирина удивлённо подняла брови, потом быстро взглянула на папки, пытаясь найти своё имя.

— То есть вообще? — уточнила она, с трудом веря услышанному.

— Вообще, — подтвердил Дима. Его голос был твёрдым, почти суровым. — Я нашёл записи, фотографии, видео на десятки людей. Но в каждой папке — только другие. Тебя нет нигде.

Ира растерянно прикусила губу, опуская взгляд на экран. Её пальцы нервно сжались в кулак.

— Но ведь он угрожал мне… — прошептала она, не отрывая взгляда от монитора.

— Именно, — хмуро кивнул Дима, — значит, либо у