class="p1">Ирина усмехнулась, на её губах появилась лёгкая, почти нежная улыбка.

— Значит, я всё-таки осталась самым ярким твоим воспоминанием, — произнесла она сладким голосом.

— Самым ярким кошмаром, — мрачно уточнил Дима.

Ирина чуть пожала плечами, будто его ответ был для неё даже забавным.

— Ты скучный, Димочка. — Она задумчиво склонила голову набок. — Это не плохо, не хорошо… просто факт.

Дмитрий внимательно посмотрел на неё и, удивительно спокойно, без злости, произнёс:

— А ты — лицемерка, манипуляторша, абьюзерша.

Он ожидал увидеть хотя бы тень укола, хоть крошечную трещину в её безупречной маске, но Ирина только усмехнулась чуть шире, словно его слова были для неё невинной шуткой.

Её это нисколько не задело. Ни одно слово. Будто обвинения были для неё нечто привычное. Или слишком мелкое, чтобы заслужить внимание.

Глава 6

Тротуар был пустынен — лишь ветер лениво трепал листья на обочине. Ирина шла чуть впереди, с легкой, почти воздушной походкой. Волосы цвета спелой пшеницы мягко рассыпались по плечам, а на лице сияла та самая улыбка — светлая, милая, беззаботная.

Дмитрий брел рядом, опустив руки в карманы. Он смотрел на неё и повторял про себя, как заклинание: «Я ненавижу её. Ненавижу всей душой.» Но чем настойчивее он пытался себя в этом убедить, тем сильнее ощущал странную пустоту внутри.

Почему? Почему именно она?

Ирина время от времени бросала на него игривые взгляды из-под длинных ресниц, будто читала все его мысли. Будто знала, какую борьбу он ведет сам с собой.

Она действительно была невероятно красива. Нежные черты лица, серые глаза, в которых мог утонуть кто угодно, и эта лёгкая походка, как у модели с обложки. Но за этой идеальной оболочкой скрывался кто-то совсем другой — хищный, расчетливый монстр.

И этот контраст сбивал Дмитрия с толку сильнее всего.

Он шел рядом с ней и чувствовал, как невольно втягивается в её орбиту, будто она сама была магнитом, против которого невозможно бороться. «Неужели я опять попадаюсь на её уловки?»

Ирина вдруг обернулась, её золотистые волосы взметнулись в воздухе.

— Чего молчишь, Димочка? — спросила она с самой невинной улыбкой.

Дима напряг челюсть и отвел взгляд, молча продолжая идти. Он знал — малейшая слабость, и она снова превратит его жизнь в игру.

Из-за угла, словно вынырнув из ниоткуда, выскочил крупный доберман. Пес злобно зарычал и метнулся прямо к Ирине. Девушка на секунду замерла. Со стороны могло показаться, что она испугалась: широко раскрытые глаза, чуть дрогнувшая рука. Но Дмитрий, наблюдавший её внимательно, уловил кое-что другое — в её взгляде не было страха. Там было что-то холодное, расчетливое.

«Она просчитывает, что делать», — понял он.

Но думать было некогда. Почти на автомате Дима резко шагнул вперед, заслоняя Ирину собой. Одним быстрым движением он сорвал с плеча рюкзак и размахнулся им в сторону пса. Доберман замер, коротко взвизгнул и, поскуливая, поспешил вернуться к хозяину, который, кажется, даже не сразу понял, что произошло.

Дмитрий обернулся, тяжело дыша от неожиданного выброса адреналина. И тут же заметил: Ирина, спокойная как всегда, убирала обратно в карман баллончик с перцовым газом.

Он невольно хмыкнул, качнув головой.

— Конечно, Ирка, — тихо сказал он. — Ты всегда ко всему готова.

Ирина лишь невинно улыбнулась, будто ничего и не произошло, а затем весело щёлкнула баллончиком, будто это была безобидная игрушка.

— А ты, — добавила она, глядя на него чуть теплее, — всё такой же рыцарь. Хоть и бубнишь, что ненавидишь меня.

И снова эта улыбка, светлая, почти невинная. Но Дима уже знал цену этой невинности. И всё же, чёрт побери, сердце у него стучало слишком быстро.

— После такого, — весело проговорила Ирина, догоняя его, — мы, может быть, даже сможем остаться друзьями.

Дмитрий ничего не ответил. Он просто плотнее сжал ремешки рюкзака в пальцах и ускорил шаг, сворачивая к своему дому.

Ирина смотрела ему вслед, хмыкнула и, всё ещё улыбаясь, направилась дальше по улице. Поднявшись по знакомой подъездной дорожке, она легко открыла дверь своим ключом и вошла в дом.

Из кухни доносились громкие голоса и фальшивый смех. Отец, как обычно, развлекался с очередной размалёванной куклой. Ирка даже не взглянула туда. Она привычно прошла мимо, словно сквозь стену шума, не обращая внимания на притворно дружелюбный оклик отца:

— Ирочка, познакомься, это Олечка!

Ирина лишь бросила через плечо:

— Очередная «мама года»? Очень мило.

И, не сбавляя шага, поднялась наверх к себе в комнату. За дверью её пространства воцарилась тишина. Ирина скинула кеды, швырнула сумку на кресло и села на кровать, перекинув золотистые волосы через плечо. Она всё ещё чувствовала лёгкую вибрацию в пальцах после недавнего происшествия. Дима. Его взгляд. Его попытка защитить её.

Ирина усмехнулась и, прикрыв глаза, вытянулась на кровати.

— Дружба… — протянула она тихо и усмехнулась ещё шире. — Посмотрим, мальчик, посмотрим…

В её голосе не было ни наивности, ни благодарности. Только тихий, хищный азарт.

Ирина лежала на кровати, глядя в потолок, пока за окном сгущались сумерки.

Внутри нее постепенно поднималась странная, щекочущая нервишки смесь беспокойства и интереса.

Пожалуй, единственный человек, который действительно видел её насквозь, — это был Дмитрий Барских. Не купился на улыбки, не обманулся красивыми словами. Видел. Знал. И что самое странное — всё равно когда-то был влюблён в неё. Без глупых иллюзий, без оправданий — любил такую, какая она есть: жесткую, холодную, коварную.

Ирина усмехнулась краешком губ. Скольких людей она могла обвести вокруг пальца за одну только улыбку? Десятки. Сотни. Но не его.

И, пожалуй, именно поэтому он вызывал в ней нечто… большее, чем раздражение. Он был тем редким человеком, которого стоило бояться. Или, по крайней мере, опасаться.

Ирина перевернулась на бок, зарывшись лицом в подушку.

С Димой нельзя было играть так легко, как с другими. Он не был ни наивным дурачком, ни амбициозным выскочкой, которого легко заманить обещаниями. Ему было всё видно. И если она оступится хоть на шаг… он это заметит.

И всё же внутри у неё зарождалась острая, почти болезненная решимость.

«Интересно, Дмитрий, насколько далеко ты готов зайти ради своей ненависти?.. Или ради чего-то совсем другого?..»

Глава 7

Дмитрий сидел за своим письменным столом, склонившись над учебником по алгебре. За окном лениво шел мелкий дождь, отстукивая по стеклу размеренный ритм, который обычно помогал ему сосредоточиться. Но сегодня — нет.

Мысли настойчиво возвращались к ней. Ирина Романова. Дерзкая. Наглая. Использующая людей так, словно они были для нее всего лишь ресурсами