– Помнишь ту маленькую звезду!

Мы спустились на берег, чтобы наблюдать за выгрузкой больных и раненых. Мы прошли мимо портовых складов, мимо таможни и вышли в город. Рядом с портом стояла древняя, хорошо укрепленная крепость; была весна, и стены крепости были покрыты яркой зеленью. Мы внимательно оглядели небо. Однако теперь яркий солнечный свет не означал, что скоро начнется бомбежка; весна не означала, что скоро начнется очередное наступление русских.

Мы присели на скамейку, которая стояла рядом с клумбой цветущих тюльпанов. В кустах щебетали птички. Две маленькие девочки, примерно пяти лет, одетые во все белое, прогуливались, взявшись за руки, по усыпанной гравием дорожке, сзади следовала их нянька, держа в руке зонтик. Когда они подошли к двум сгорбленным созданиям, сидевшим на скамейке в своей потрепанной, выцветшей на солнце униформе, дети бросили на них косой, испуганный взгляд.

Мы сидели молча. Нам больше не хотелось ни о чем думать. Затем Матиезен положил мне руку на плечо.

– Точно пара старых степных волков, – сказал он, – сидит на солнышке и зализывает свои раны.