Маленький Отто подошёл ко мне совсем вплотную и сказал, глядя мне прямо в глаза:

– Вы издадите.

– Почему? – спросил я.

– Хи-Ка, дядя! – громко сказал Отто.

Обратно я снова поехал поездом и снова перечитывал рукопись. Всю дорогу я проверял макушку, давил на неё пальцами, пытаясь понять, стала она мягче или нет. Мне казалось, будто и правда мягче, но никаких изменений в своём сознании я не чувствовал.

На вокзале я купил банку колы и, выйдя в город, открыл. Я уже решил, что книгу издам. Я залпом опустошил банку колы и снова потрогал на всякий случай макушку. Нащупал какой-то прыщик и ковырнул его ногтем. На пальце осталась кровь. Вдруг мне показалось, будто во всём городе резко выключили звук. Машины продолжали толкаться в пробке на дороге, спешили куда-то люди, но ничто не издавало ни малейшего звука. Так продолжалось секунд пять. Я услышал чужой голос, он звучал в моей голове, но не был моим внутренний голосом. Голос сказал: «Хи-Ка, дядя!» И в момент город снова наполнился привычными звуками. Зашумел, забурлил – ожил.