Остановись!

Хирон

Я мчусь без устали.

Фауст

Постой.

Тогда возьми меня с собой.

Хирон

Садись. Начни свои расспросы.

Куда тебе? Тебя б я мог

Перенести через поток

С крутого этого откоса.

Фауст

Мне все равно. Я – твой навек

Должник, великий человек,

Взрастивший целый род героев

Достоинством своих устоев,

Круг аргонавтов, с прочей всей

Семьей больших богатырей.

Хирон

Не говори о воспитанье.

Была Паллада скверной няней.

Живут, урокам вопреки,

Своим умом ученики.

Фауст

Тогда приветствую врача,

Который, всякий вред леча,

Все травы изучил на свете

И сам еще во всем расцвете.

Хирон

Да, в старину, признаюсь сам,

Умел я врачевать раненья,

Но я теперь свое уменье

Оставил бабкам и попам.

Фауст

Как человек большой, ты скромно

Увиливаешь от похвал,

Как будто сам ты слишком мал,

А подвиги других огромны.

Хирон

А ты мне льстишь, как все льстецы,

Втираясь в хаты и дворцы.

Фауст

Но согласись: ты жил со всеми,

Которых выдвинуло время,

И прожил жизнь, как полубог.

Всех испытавши камнем пробным,

Кого б из них назвать ты мог

Достойным самым и способным?

Хирон

Из аргонавтов был любой

Богатырем на свой покрой.

Чего одним недоставало,

То доблесть прочих возмещала.

Красавцам Диоскурам в дар

Достался юношеский жар.

Решимость с остротою взгляда

Соединяли Бореады.

Умом, советом брал Язон,

Поклонницами окружен.

Когда Орфей играл на лире,

Дышалось всем и пелось шире.

И днем и ночью меж зыбей

Кормилом управлял Линкей.

В опасность дружно все бросались,

И все друг другом восхищались.

Фауст

Про Геркулеса ты забыл.

Хирон

Ты боль мою разбередил.

Я не видал богов. Ареса

Не видел, Феба и Гермеса,

Когда моим земным очам

Предстал приравненный к богам.

Он явно сыном был монаршим.

Пленительный и молодой,

Смирялся он пред братом старшим

И лучших женщин был слугой.

Уж не родит такого Гея

И Геба ввысь не унесет.

Ни статуи, ни эпопеи

Нейдут в сравненье с ним в расчет.

Фауст

Да, он у всех выходит хуже,

Чем у тебя. Не откажи

И после слов о лучшем муже

О лучшей женщине скажи.

Хирон

Ничтожна женщин красота,

Безжизненная зачастую.

Воистину прекрасна та,

Что и приветлива, чаруя.

Живая грация мила,

Неотразима, не надменна,

Такою именно была,

Когда я вез ее, Елена.

Фауст

Ты вез ее?

Хирон

Да, на загривке.

Фауст

И я на этой же спине!

Ах, сведений твоих обрывки

Всю голову вскружили мне!

Хирон

Она, вскочив, взялась за гриву,

Как ты. За прядь моих волос.

Фауст

Я вне себя! О, я счастливый!

Я весь теряюсь в вихре грез!

Я посвятил ей все порывы!

Куда же ты Елену вез?

Хирон

Отвечу на вопрос сейчас,

В те дни похитили Елену.

Два Диоскура в тот же час

Спасли свою сестру из плена.

Но похитители, озлясь

На дерзость нашего налета,

Пустились за беглянкой вслед.

Мы взяли вбок у поворота,

Решивши уходить от бед

Чрез Элевзинские болота.

И братья перешли их вброд,

Я ж переплыл с живою ношей.

И, наземь спрыгнув на бегу

И ручкой гриву мне ероша,

Она была на берегу

Так хороша, так молода,

И старику на загляденье!

Фауст

Ей шел десятый год?

Хирон

Года

Ее – ученых измышленье.

Мифическая героиня –

Лицо без возрастных примет.

Поэт дает без точных линий

Ее расплывчатый портрет.

Еще до совершеннолетья

У ней поклонников орда.

Когда она уже седа,

То и тогда еще в расцвете.

Не оставляя в ней следа,

Всю жизнь, сквозь все метаморфозы,