Никита Киров
Куратор
Глава 1
— Да куда ты?
Я нажал на педаль тормоза, увидев силуэт на самокате впереди. Раздался протяжный визг шин по асфальту. Машина остановилась, меня бросило вперёд, а ремень безопасности сильно впился в грудь.
Силуэт впереди куда-то пропал.
— Твою дивизию, — проговорил я и полез на выход.
Но реакция меня не подвела, я успел затормозить. Чёрный служебный джип «Субару» с синим логотипом фирмы «Альянс» остановился буквально в полуметре от пацана, который только что резко выехал перед машиной на самокате.
Сам пацан, парень лет двадцати, очень высокий и тощий, в синей толстовке с каким-то рисованным персонажем из японского мультика и в шортах, лежал на асфальте, как срезанный колосок, раскинув во все стороны длинные руки и ноги.
Его самокат, чёрный, не арендованный, а личный, валялся прямо у бампера джипа. Переднее колесо ещё крутилось.
Я оглядел парня. Целый, если не считать ободранной коленки. Его даже не задело, он упал от неожиданности.
Пронесло. Но сам он так не думал.
— Не, ну вы видели? — слабым голосом пролепетал пацан, открывая глаза. — Видели⁈ Он чуть меня не сбил!
Парень неловко поднялся, поморщившись так, будто это была не ободранная коленка, а как минимум открытый перелом.
— Видели? — крикнул он уже сильнее. — Чуть не сбил!
На тротуаре уже собирались любопытные. Кто-то просто пялился, кто-то достал телефон, чтобы снимать. Зеваки никогда не меняются.
Парень тоже решил начать съёмку. Достал смартфон с надкушенным яблоком и наклейкой в виде очередной анимешной фигни, поморщился, увидев треснувший экран, и направил телефон на меня.
— Ты попал, — объявил он. — Всё в интернет выложу!
— А куда ты это выложишь? — я усмехнулся. — Интернет ещё утром вырубили. Из-за дронов.
Лицо парня перекосило, когда он понял, что этот тиктоковый щит не работает, а я выглядел как человек, который может устроить кучу неприятностей.
— Давай так, пацан, — сказал я спокойным, но твёрдым голосом. — Ты в порядке. Виноват сам, что так ездишь. Тебе ещё повезло, что это я был за рулём, у меня реакция хорошая. Другой бы тебя сбил. Так что я бы на твоём месте убрал эту приблуду и ехал дальше.
— А ты не на моём месте, — огрызнулся он, заслоняясь от меня телефоном.
Вредная нынче молодёжь. Я покачал головой и подошёл к нему ближе. Объяснял ему спокойно, но доходчиво, как умел:
— Послушай совет — в жизни пригодится. Если не знаешь, кто перед тобой, лучше не иди на конфликт без лишней необходимости. Вот сейчас всё обошлось, пусть так и остаётся. Так что езжай, пацан.
— Но я… — неуверенно промычал парень, отходя на шаг.
А дальше пошло не так, как он ожидал.
Прямо посреди дороги остановилась машина ППС. Двое полицейских, увидев нас, тут же вышли. У одного, пузатого, лицо знакомое. Я с ним пересекался лет семь назад, ещё когда работал в Конторе, по одному делу в администрации города. Память на лица у меня отличная.
Ну и менты меня знали.
— Анатолий Борисыч, что стряслось? — спросил сержант у меня.
— Небольшое недоразумение, — усмехнулся я. — Чуть не случилось ДТП.
Они оглядели служебный джип, самокат и парня с телефоном. И разом кинулись в его сторону. А зеваки решили уйти. И правильно сделали.
— Ты чё это в неположенном месте дорогу пересекаешь? — громко спросил сержант. — Ещё и на самокате! Права где?
— Какие права? — возмутился пацан. — Это же самокат! Вы чё, совсем уже? Этот мужик меня чуть не задавил! И самокату теперь…
Он сматерился, и это было зря.
— Общественный порядок, значит, нарушаем, — сержант хмыкнул.
Никогда нельзя материться при ментах на улице. Могут оформить, как нарушение общественного порядка, а это уже мелкое хулиганство, протокол, штраф или даже арест на пятнадцать суток, если у ППСника плохое настроение.
Сержант переглянулся с напарником, и оба тут же скрутили парня. Тот вскрикнул, лицо перекосило от страха, телефон упал на асфальт. В этот раз повезло — ударился гранью через чехол, и на экране не появилась новая трещина.
Но это перебор.
— Спокойней, сержант, — вмешался я. — Ну, брякнул, не подумав, что поделать. Стресс, адреналин. Я вот тоже матюгнуться могу иногда.
— Так опасность на дороге создал, — сказал сержант, держа упирающегося парня. — Ещё и сопротивление сотруднику сейчас припишем, чтобы дошло.
— Всё он понял, — настаивал я. — Чего сразу его увозить?
Они снова переглянулись, но решили больше не спорить.
Конечно, я уже давно не работаю в ФСБ, я теперь частное лицо. Но всё же постоянно вижусь с разными людьми, и с полицейским начальством в том числе. ППСники это знают, вот и решили выслужиться.
Парня отпустили, он торопливо отошёл, потирая плечо, а после подобрал телефон с земли и начал собирать вещи.
У пацана при себе был рюкзак — с виду дорогой, швейцарский, по факту хлам из Китая, купленный в интернете. От падения молния разошлась, и всё содержимое высыпалось наружу.
На асфальте лежала бутылка местной колы, выпитая наполовину. Лучше её не открывать, а то пена всё зальёт. Ещё была мятная жвачка, бумажные салфетки, какие-то коробочки, яркие картонные карточки и паспорт с бордовой корочкой.
Паспорт лежал рядом со мной, я его подобрал. По старой чекистской привычке открыл и тут же запомнил всё, что там было написано.
— Ого, — усмехнулся я. — Смотрите-ка, полный тёзка. Давыдов Анатолий Борисович, две тысячи пятого года рождения. Надо же, как совпало.
— Э-э? — протянул тёзка, совсем уже ничего не понимая.
— Держите, Анатолий Борисыч, — я сунул паспорт ему в руку. — И давайте договоримся — больше так не гнать с такой скоростью и аккуратнее на дороге. И совет мой не забывайте. Добро?
Он посмотрел на меня, как на динозавра. Молодёжь сейчас так не говорит.
— Хорошо, — промычал тёзка.
— Не поймёт, — влез сержант. — Надо было его на пятнадцать суток оформить, влёт бы всё понял.
— Как сын? — спросил я, меняя тему.
— В школу пошёл, — сержант заулыбался.
Радуется, что я вспомнил тот разговор. Семь лет назад он говорил, что обмывает сына. Память в таких случаях меня не подводила. Уже шестой десяток на исходе, а это до сих пор помогает.
Менты поехали по своим делам. Пацан, морщась и прихрамывая, проверил самокат, собрал вещи в рюкзак и уехал.
У меня младший сын такого же возраста, сразу его вспомнил, когда увидел этого шкета. У Олега был день рождения вчера, двадцатка исполнилась. Я в двадцать лет уже женился в первый раз,
