В романе использованы стихи и тексты песен групп: «Сектор Газа», «Океан Эльзы», «Агата Кристи», «Мельница», а также Бориса Гребенщикова.
В сцене отплытия викингов на снеккаре звучит старинная норвежская боевая песня — автор русского перевода этого текста мне, к сожалению, неизвестен.
Все события в романе вымышлены, любое сходство с реальностью — случайно и непреднамеренно.
Позволь, я коснусь тебя,
Войдет в кровь звериный яд,
И лунный священный свет
В тебе свой оставит след.
Ты будешь змеи быстрей,
Всех женщин земных нежней.
Позволь мне тебя коснуться — или убей!
Группа «Ария» — «Зверь»
Пять сотен дверей
и сорок еще
в Вальгалле, верно.
Восемьсот воинов
выйдут из каждой
для схватки с Волком.
Малая Эдда
Зачарованный викинг, я шел по земле…
Н. Гумилев
Глава 1 Нападение
1
Егор Волков, долговязый брюнет лет двадцати, выбрался из старенькой синей «Вольво», обошел машину, открыл дверцу и протянул руку симпатичной зеленоглазой девушке.
— Только подними воротник плаща, — посоветовал он ей. — На улице зябко.
— Ничего, я закаленная, — ответила девушка.
Егор посмотрел на освещенные окна квартиры Терехова. В душе у него засаднило неприятное предчувствие. Юля заметила произошедшую с ним перемену.
— Волчок, — тихо окликнула она, — ты что-то почувствовал?
Егор выждал еще несколько секунд, потом качнул головой и произнес рассеянно:
— Да нет. Вроде ничего определенного. Наверное, просто нервы.
— Еще не поздно вернуться домой, — сказала Юля, с легким беспокойством глядя на Егора. — Ты заслужил хотя бы неделю отдыха.
— Я не против, ты же знаешь. Но проф сказал, что дело срочное.
— Твоему профессору просто не терпится поскорее начать, — неприязненно проговорила Юля. Она откровенно недолюбливала профессора Терехова. — Какая разница, сегодня ты отправишься в свою Древнюю Русь или через неделю? Она ведь от этого не станет менее древней, верно?
— Юль, не искушай. А то, в самом деле, пошлю профессора к черту.
— И правильно сделаешь, — подхватила Юля. — Ты ему не коллега и даже не ученик.
— Скорей уж лабораторный кролик, — хмыкнул Егор.
Юля взяла его за руку, потянула прочь от подъезда.
— Пойдем отсюда, Волчок, — попросила она. — Сходим в кино, посидим в японском ресторанчике. Пойдем, а?
Егор с улыбкой покачал головой:
— Ты же знаешь, я не люблю сырую рыбу.
— Ну, пойдем в украинский шинок и будем есть сало, борщ и пампушки. Признавайся, Волков: ты когда-нибудь ел борщ с пампушками?
Егор несколько секунд колебался, а потом со вздохом произнес:
— Нет, все-таки я пойду. Я ведь пообещал. Человек меня ждет, уже наверняка подготовил Машину к работе и даже выставил все настройки.
Юля внимательно посмотрела Егору в глаза.
— Дело ведь не в нем, да? — тихо спросила она. — Дело в тебе, Егор. Ты уже не можешь обойтись без этих жутких «перемещений». Ты подсел на них, как на наркотик.
Егор сдвинул брови.
— Возможно, ты права. Но если бы ты испытала то же, что и я…
— Я была бы рада отправиться с тобой куда угодно, — перебила Юля. — Хоть в пещеру к первобытным людям!
Волчок посмотрел на подругу удивленно:
— Правда?
— Конечно. Но, увы, это неосуществимо. Ты единственный человек, способный перемещаться во времени.
— Так будет не всегда, — сказал Егор. — Рано или поздно проф решит эту проблему.
Несколько секунд оба молчали, а потом Юля с досадой проговорила:
— Ладно, иди к своему профессору.
— А ты?
— Я подожду тебя в машине. Меня бесит от одного вида его крашеных усов. Если он задержит тебя надолго, позвони, и я поднимусь.
— Договорились.
2
Лифта в старом доме, подготовленном под снос, не было. Егор быстро вбежал на третий этаж, остановился перед дверью квартиры профессора Терехова, протянул руку к электрическому звонку, но вдруг заметил, что дверь не заперта.
Егор осторожно открыл дверь и, бесшумно ступая обутыми в кроссовки ногами, вошел в прихожую. Прислушался. Не услышал ничего подозрительного и прошел дальше.
В большой комнате, которая служила профессору Терехову и гостиной, и лабораторией одновременно, Егор увидел человека, роющегося в антикварном шкафу. Человек был высокого роста, одет в черную куртку и джинсы.
Вместо страха или тревоги Егор почувствовал в душе приятное волнение, которое часто охватывало его перед схваткой. В былое время он бы повел себя чрезвычайно осторожно, но привычка всегда и во всем брать верх сделала его излишне самоуверенным. Егор почувствовал, что в соседней комнате есть еще кто-то, но даже это его не остановило.
Он тихо взял с комода тяжелую хрустальную пепельницу и негромко окликнул:
— Эй!
Мужчина вздрогнул и обернулся. В руке у него тускло блеснуло лезвие ножа. В тот же миг Егор метнул ему в руку пепельницу. Незнакомец вскрикнул и, выронив нож, схватился за ушибленную руку.
— Кто ты такой? — спросил Егор у злоумышленника.
— Он тебе не ответит, — прозвучал у него за спиной спокойный голос.
Сухо щелкнул предохранитель пистолета. Егор замер на месте. Он по-прежнему не слишком волновался. Его бойцовские способности намного превосходили способности обычного человека. Он знал, что в любом случае окажется быстрее своих противников, однако не спешил устраивать драку. Для начала нужно было выяснить, что делают эти парни в квартире профессора и где, собственно, сам профессор.
— Спокойно, ребята, — сказал Егор. — Что здесь происходит?
Бандит, которому Егор отшиб пепельницей руку, тихо матерясь, поднял с пола нож, а второй, тот, что стоял у Волчка за спиной, холодно предупредил:
— Стой на месте, если не хочешь, чтобы я продырявил тебе башку!
— Я стою, стою, — заверил его Волчок. — Где профессор Терехов?
— Если ты про старика, то он в соседней комнате.
