Сергей Тамбовский
Младший научный сотрудник-4
Глава 1
Начало октября 82 года, Москва, Кутузовский проспект, дом 26
Нина вышла из нашей Волги на площади Маяковского, как и собиралась. Рядом с гостиницей и одноименным рестораном Пекин и напротив концертного зала имени Петра Ильича Чайковского и Театра сатиры имени Андрея Миронова. Помахала мне рукой и исчезла в лабиринте городских переулков. А мы отправились далее.
— Как здоровье у Леонида Ильича? — зачем-то я поинтересовался у этого товарища.
— Спасибо, неплохо, — хладнокровно ответил он мне, — а ты с какой целью интересуешься?
— Да так, — неопределенно развел я руками, — чисто разговор поддержать.
— Аааа, — промычал он и разговор далее поддерживать не стал.
А мы между делом уже свернули с Садового кольца на Новый Арбат… ой, на Калининский проспект, конечно… и катили по Новоарбатскому мосту к гостинице Украина, одной из семи сталинских высоток. В своей прошлой жизни я тут пару раз останавливался, в жуткие девяностые годы… запомнились только неимоверно высокие потолки, помпезная лепнина на них, бронзовые ручки на дверях и назойливое внимание гражданок с пониженной социальной ответственностью. Приходилось даже гостиничный телефон из розетки выдергивать, чтобы не вздрагивать каждые десять минут от очередного звонка. А мобильников на то время пока не придумали… точнее были они, но весили каждый как кирпич и стоили пару тыщ баксов — поэтому имели их единицы.
Дом Леонида Ильича представлял из себя произведение искусства — спроектирован он был в туманные сороковые архитектором Георгием Вольфензоном. Девятиэтажный суровый сталинский ампир между Кутузовским проспектом и набережной Шевченко сразу притягивал внимание всех проходящих и проезжающих мимо. Здесь, к слову, не только первое лицо государство жило, а и многочисленные вторые, третьи и примкнувшие к нему лица тоже. От товарища Суслова до министра культуры Фурцевой. Юрий Владимирович, кстати, тоже имел здесь жилплощадь, но квартировал в основном в больницах и санаториях. Злые языки говорили, что Юрию Гагарину тоже предлагали квартиру здесь, на пятом этаже в правом крыле, но он отказался. Не хочу, якобы сказал он, жить под постоянным наблюдением. И остался в родной панельной хрущевке в городе Щелково.
Квартира у нашего Ильича, как я уже говорил как-то, располагалась на четвертом этаже центрального корпуса и имела номер 94. На одной площадке с Галиной Леонидовной. А остальные две квартиры, соседствующие с 94-й, были присоединены к ней… нет, двери-то конечно остались, только их изнутри замуровали и войти через них куда-либо было крайне затруднительно. Площадь основная квартира имела 185 квадратов, в одной из примкнувших находился постоянный медицинский пост, а вторая предназначалась для обслуживающего персонала и охраны. Вот к дверям этого жилища меня и доставил этот самый стандартный гражданин неприметной наружности.
По пути естественно меня обшмонали, и даже не один раз, так что в чертоги бога я вступил уже лишенный даже монеток, завалявшихся в одном отдельно взятом кармане. Встретила меня, как я, впрочем, и ожидал, Галина Леонидовна, но не одна, а с удивительно похожей на нее женщиной очень пожилых лет. Супруга вождя, догадался я и вспомнил даже, как ее зовут — Виктория Петровна.
— Можешь не разуваться, — взяла управление процессом в свои руки Галина, — пойдем быстрее, папа тебя хочет видеть.
И обе эти женщины чуть ли не толчками в спину сопроводили меня до одной из комнат этой необъятной квартиры. Которая оказалась спальней, очень даже скромных размеров… в углу возле окна здесь лежал Леонид Ильич в полосатой пижаме и в другом углу сидела медицинская сестра возрастом чуть меньше, чем у Галины.
— Валя, — тут же сказала ей дочь, — выйди на минутку.
Та что-то пискнула в том смысле, что не имеет права по инструкции, на что вождь рыкнул ей, что я сам тебе инструкция — быстро встала и вышла. Она и повиновалась.
— Сейчас охране настучит, — деловито заметила Галина.
— Пусть стучит, работа у нее такая, — философски отвечал Брежнев, — но давайте уже и делом займемся.
Я изобразил на лице крайнюю степень внимания, а Ильич продолжил.
— Приступ у меня сегодня случился, вот что, Петя…
— Давайте поподробнее, Леонид Ильич, — ответил я, — что за приступ, когда начался, что чувствовали?
— Час… нет, уже полтора часа назад, — сказал после непродолжительной паузы он, — сначала шум в голове, потом упал. Очнулся уже на этом диване.
— Что наблюдающий врач сказал?
— Что он может сказать, — усмехнулся Брежнев, — сказал, что ничего страшного, и вколол какую-то гадость в задницу.
— От гадости стало легче? — поинтересовался я.
— Да, полегчало… я слышал, ты Юрию сегодня помог…
Надо ж, как быстро тут слухи распространяются, подумал я, но ответил обтекаемо.
— Было дело… не то чтобы сильно помог, но кое-что сделал.
— Вот сделай то же самое кое-что и для меня, — попросил Брежнев.
— Хорошо, — вздохнул я, — сделаю. Только они (и я ткнул пальцем в Галину и Викторию) пусть выйдут… или по крайней мере отойдут в другой конец комнаты и ни во что не вмешиваются.
— Уже отошли, — сказала Галя, и обе женщины послушно выполнили мои указания.
А я занялся уже освоенным делом…
* * *
Через полчаса я закончил начатое, вздохнул, вытер пот со лба и попросил кофе.
— А мне закурить дайте, — добавил Ильич, — без сигареты хоть вешайся.
Галина вопросительно посмотрела на меня, а я кивнул головой в ответ — мол, снявши голову, по волосам не плачут, пусть курит.
— Ты вот что, Петя, — сказал, задымив, как паровоз, Брежнев, — ты теперь на особом контроле будешь. В моем подъезде есть свободная квартира, перебирайся туда прямо сейчас. Там вертушка есть, да и ногами охранники быстро дойдут, если понадобится…
— Есть перебираться, — отдал я честь генсеку. — А можно, со мной девушка поселится?
— Подруга? — усмехнулся он.
— Коллега по работе, — ответил я, — ну и подруга тоже. Собираемся узаконить наши отношения в ближайшем будущем.
— Это Нина что ли? — справилась Галина.
— Так точно, Нина Брагина, — ответил я, — 61 года рождения, несудима, беспартийная, живет с отцом в Нижнереченске.
— Разрешаю, — милостиво согласился генсек, — и еще я слышал, ты какую-то игрушку электронную изобрел?
— И это было, — быстро сориентировался я, — в свободное от работы время и за собственные средства изготовил два экземпляра.
— Мне Галя показывала, но я ни черта не понял… но ей понравилось — верно, Галя?
— Да, любопытная штучка, — согласилась она, — надо показать ее Александру Ивановичу.
— Какому Ивановичу? — не понял Брежнев.
— Министру электронной промышленности, — пояснила она, — это по его профилю.
— Ненене, — позволил я себе вмешаться, — если уж и показывать это дело, то в первую очередь в Минвнешторг — у меня
