— Ты, Имоджен, заслужила каждый день по тысяче поцелуев!

Я засмеялась. Он вдруг остановился, и, заглянув мне в глаза, с необычайной нежностью проложил по моей шее тропинку из поцелуев до уха.

Я мгновенно растаяла и задрожала. Фенрис упал в траву и потянул меня за собой.

— Научи меня словам, которые нужно сказать, чтобы спасти тебя… — смотря прямо в его глаза попросила я. — И… расскажи мне, почему у нас с тобой нет клыков? У той девушки-урду они были.

Кажется, у Риса было другие планы. Я оказалась не на траве рядом с ним, а на нем. Та его часть, ровно на которой я сидела, оказалась неприлично твердой и я заерзала. Фенрис зашипел, закатив глаза от удовольствия, и тут же притянул меня к себе. Теперь моя грудь вплотную касалась его. Рис проник в мой рот и сделал несколько дразнящих движений языком. Я перехватила инициативу и оставила отметину на его шее. Задыхаясь, Рис выдохнул:

— Ах-ху-у-у…

Я немного замешкалась, и он, видя мое замешательство, вдруг рассмеялся и пояснил:

— Сначала целуешь. Потом делаешь вдох прямо изо рта. Потом произносишь: «Ах-ху-у-у». Выдох прямо в рот и снова целуешь. Это и есть «Дыхание Урда».

Я удивленно покачала головой.

— То есть, по сути, это как делать искусственное дыхание и при этом орать «Ях-ху-у-у», потому что удалось ещё и поцеловать умирающего? — лукаво прищурилась я.

— Что такое «искусственное дыхание»? — с недоумением спросил Рис.

— Ну, это такая техника вентиляции легких в мире людей.

— Думаю нам обоим будет, что показать друг другу в ближайшую тысячу лет.

Я не дала своим темным мыслям испортить этот момент.

— Например, это, — Фенрис провел языком по своим верхним зубам, и, когда он улыбнулся, я увидела, что его резцы теперь стали клыками.

Он дал мне время, чтобы я могла создать между нами расстояние, но я…

— Можно потрогаю? — спросила я, и брови Риса удивленно выгнулись.

И все же он открыл рот, и не отрывал взгляд от моих пальцев, которые уже аккуратно водили по всей длине клыков и замирали, когда касались острой вершинки. Вместе с ними замирал и Фенрис, закрывая в этот момент глаза так, будто бы ему было приятно.

— Хочешь меня… укусить? — чуть более низким голосом, чем обычно, спросила я.

— Хочу, — хриплым голосом ответил Фенрис. — Но не сейчас. Когда-нибудь, когда мы оба будем готовы заглянуть в наше будущее.

Он снова облизал зубы, и клыки исчезли. Рис прекрасно умел владеть собой.

— А у меня? Почему их нет у меня?

— Потому, что ты урду лишь наполовину, Джинни. А это значит, однажды тебя ждёт Метаморфоза…

Рис нежно очертил большими пальцами мои скулы, а потом поцеловал в правый уголок рта. Он просунул кончик языка между моими губами и игриво провел им влево, а затем — обратно, наблюдая за моей реакцией. Я прикрыла глаза и чуть сильнее открыла рот. Рис провел так языком ещё несколько раз из стороны в сторону, пока я не схватила его за воротник рубашки обеими руками и не притянула к себе. Я чуть откинула голову назад, надеясь что Фенрис будет смелее, и наш поцелуй станет глубже и крепче. А Рис словно только и ждал моего приглашения. Наконец-то наши языки переплелись и затанцевали. А вместе с ними вокруг нас затанцевали и молнии. В воздухе разлился аромат грозы. Рис положил руку на мой затылок, а вторая его рука дотрагивалась до чувствительных мест на моей шее. Его белоснежные невесомые волосы скользили сквозь мои пальцы. Вдруг Рис поцеловал меня в левый уголок губ и отстранился, но тут же прижал меня к себе.

— Я не хочу, чтобы наш первый раз произошел из-за страха или отчаяния, Имоджен. И