не обращая внимания на порывы ветра и капли дождя, которые стегали его по лицу. Хоть погода уже поуспокоилась и былого разгула стихии не наблюдалось, но все равно в такую погоду комфортней дома сидеть и чаек у камина пить, а не торчать посреди продуваемой всеми ветрами взлетно-посадочной полосы.

— На Брюса Уиллиса похож, — прокомментировал внешний вид специального агента бортпроводник.

— Гагик, ну, где он похож на Уиллиса? — презрительно фыркнул Семеныч. — У Брюс харизма, а этот хлыщ какой-то.

— Точно похож, — настаивал на своем бортпроводник.

— Не похож, — спорил первый пилот. — Уиллис похож на моего комполка в Афгане, только у полковника Борвихина волосы рыжие и усища здоровые, а так вылитый Брюс, а это… — договорить первый пилот не успел, потому что я его перебил.

— Агент если хотите попасть на борт самолета, то вам придётся раздеться до трусов, чтобы мы видели, что вы без оружия, — громко произнес я, пресекая начавшийся спор о схожести агента Мозеса и американского актера Брюса Уиллиса.

Мужчина в деловом костюме лишь понятливо кивнул и тут же принялся стягивать с себя одежду, которую бросал себе под ноги, спустя пару минут на нем остались только длинные носки и объемные трусы-боксеры. Агент медленно повернулся вокруг своей оси, показывая, что на спине у него ничего не спрятано.

— Открывай, — приказал я Душану, который замер с мини-узи у входной двери. — Дайте гостю одеяло, — попросил я Гагика, как только агент Фрэнк Мозес оказался внутри самолета.

Агент американских спецслужб взял протянутое ему полотенце, вытер лицо, а потом закутался в предложенное одеяло. Внутри самолета вовсю работал кондиционер поддерживая комфортные для меня двадцать градусов тепла, которые другим почему-то считались излишне прохладными.

— Присаживайтесь, — обратился я к гостю, — выпьете что-нибудь?

— Виски со льдом, если можно, — кивнул агент.

Сейчас мне удалось рассмотреть агента вблизи. Крепкий мужик на вид сорок пять-пятьдесят, то есть примерно моих лет, может чутка моложе, жилистый, взгляд холодный и цепкий, видно, что тертый калач, у которого за плечами есть собственное кладбище, на среднем пальце правой руки мелькнул интересный перстень. Серебряная «печатка» с узнаваемой в узких кругах эмблемой: череп, скрещенные кости под ним и число 322.

О, как⁈ Даже не скрывается. Интересно. А может специально нацепил чужой перстень, чтобы запутать следы?

«Череп и кости»…

Орден «Череп и кости» — старейшее тайное общество студентов в США. Его называют «колыбелью американской элиты, которая вершит судьбы мира». Из него вышли не только Буш-старший и Буш-младший, но еще парочка американских президентов. Людям свойственно стремление к осознанию собственной исключительности. А ничто так не подогревает тщеславие, как важная тайна, которую знаешь только ты. Это дает возможность почувствовать себя элитой. Но для стойкости веры необходимы братья по интересам. Так, зачинщик и ближайшие сторонники сбиваются в группу и образуют тайные общества — организации, членов которых объединяет общая идея, секретные ритуалы и некие знания, которые они якобы имеют, и которые делают их априори выше всех остальных людей.

Подобные ордена могут появиться в любой стране, в любом сословии и в любой возрастной категории. Это может быть всего лишь кучка близких друзей, убедивших себя в собственной исключительности, а может и серьезная организация, влияние которой распространяется не только на ближайшее окружение, но и на целые страны. В условиях современной глобализации — на весь мир.

История знает немало примеров тайных орденов, про которые знают все, но о которых неизвестно ничего — масоны, иллюминаты, «Череп и кости». Интерес публики к «Черепу и костям» подогревается еще обетом молчания его членов, среди которых не бывает бывших. Все, что связано с орденом, наглухо засекречено. Его адептам запрещено выдавать любую информацию под страхом… Кто знает? Неизвестно.

Интересно передо мной сейчас действующий член тайного общества или подставной? А если Фрэнк Мозес действительно выходец из «Могилы» то, что мне это дает и самое главное — зачем он здесь? Не понятно…

Я, честно говоря, немного растерялся не зная, как реагировать на появления здесь специального агента, думал, что мой захват будет обставлен как-то по-другому. А еще этот перстень. Закидывал удочку с блесной на щуку, а крючок заглотил крокодил. И что мне теперь с этим крокодилом делать? Из воды тащить, так он меня самого сожрет. Бросить? Удочку жалко, да и не отвяжется от меня теперь этот крокодил, захочет поквитаться за порванную крючком губу. Как быть? Всё пошло как-то не так как я планировал. Ладно будем работать с тем, что есть и танцевать от печки.

— Мистер Чехофф нам бы с вами поговорить наедине, с глазу на глаз, — начал разговор агент Мозес.

— Зачем? — отмахнулся я. — Здесь только те люди, которым я безусловно доверяю, смело говорите при них.

— Но им не доверяю я, — усмехнулся бритоголовый.

— Ну, во-первых, это уже ваши проблемы, а во-вторых, мне как-то не особо хочется оставаться с вами наедине. Предполагаю, что у вас очень хороший уровень специальной подготовки и вы с легкостью сможете взять меня в заложники даже без всякого огнестрельного оружия.

— Вы меня боитесь?

— Опасаюсь, а точнее — реально смотрю на жизнь, — улыбнулся я, — поэтому, кстати, до сих пор и жив.

— И как нам тогда быть? — мне показалось или на лице агента промелькнуло легкое разочарование.

— Вы владеет испанским? — спросил я на испанском.

— Sí, hablo español, — ответил агент Мозес, давая понять, что испанской мовой он владеет.

— Тогда продолжим наш разговор на языке Сервантеса, мои подчиненные не знают испанского, они нам не помешают.

С того момента как система громкой связи в салоне самолета начала вещать голосом американского агента я тут же активировал звукозапись, которая велась на обычные «катушки». Потом в спокойно обстановке еще раз переслушаю наш разговор с Мозесом. Кстати, надо будет нарыть на этого парнягу всё что удастся найти, уж больно колоритная фигура. Опять же отличное владение русским языком говорит о том, что его специализация — СССР, значит в советской внешней разведке на него должно быть обширное досье. А вот если такого досье нет, то значит передо мной сейчас не просто пешка или штатный офицер, а тяжелая фигура рангом не меньше ферзя.

— Мистер Чехофф как только погода установится на аэродром Арубу приземлится самолет в котором находятся агенты Интерпола, у них есть ордер на ваш арест, — заявил Фрэнк Мозес.

— А у вас такого ордера разве нет?

— У меня нет, — хитро сощурился агент Мозес отпивая виски из широкого стакана, в котором мелодично звякнули кубики льда.

— А как же группа захвата? — спросил я, кивая в сторону входной двери самолета.

— Группа захвата