– Энель священник, вы прям как заправский чиновник заговорили! – удивленно отреагировал на его реплику Аслепи.

– Я, между прочим, и служил в Посольской палате до своего ухода в Большой собор, – ответил ему тот.

– Какие любопытные подробности! – ядовито промурлыкал Гроки. – А вы, энель Стифрано, раньше, наверное, нигде не служили? А то вдруг заговорили как-то чересчур миролюбиво, словно и не воин вовсе…

– А он и так не воин! – вполголоса бросил Аслепи.

Стифрано вскочил и схватился где-то в районе пояса за несуществующую рукоять меча.

– Как же вы мне все надоели! – медленно, с расстановкой произнес посол. Он подобрал с земли тоненькую веточку и, демонстративно скорчив гримасу, с преувеличенным усердием стеганул энеля Аслепи по голове. Тот вздрогнул, опустил глаза и молча ушел в себя.

– Итак, у нас есть предложение энеля Вирандо – искать анвиллов и через них выйти на императора, – вздохнув, стал подводить итог совещания Санери. – В качестве платы предлагается оказать им услугу, сообщив о заговоре касты воинов. У кого-либо будут иные предложения?

– Будут! – решительно кивнул энель Нафази. Все дружно посмотрели в его сторону. – Чего? – рефлекторно, словно укушенный, дернулся он. – Я просто хотел сказать, что Светило благостное могло послать нам эти испытания… эти знаки для того, чтобы мы приняли их как волю его и, покорившись ей, возвернулись назад в Манибортиш! – напевным голосом возвестил он. – Чтобы получше подготовиться и предпринять новую попытку…

– Так, ясно! – отрезал Санери.

– Сбежать, значит? – хмыкнул себе в усы Хардо. Было похоже, что отказ принять брошенный судьбой вызов сам по себе был тяжким ударом по его солдатской чести.

– Не сбежать, а иметь мудрость принять на себя всю тяжесть не зависящих от нас обстоятельств, – вкрадчиво пояснил энель Богемо. – Нас тут не очень-то хотят видеть. Живыми, по крайней мере.

– Вообще-то мы больше не посольство, – тихо поддержал его энель Аслепи. – Ну, с формальной точки зрения, – поправился он, ощутив на себе недобрый взгляд Санери. – Ни верительных грамот, ни даров – вообще ничего! Кучка оборванцев, незаконно проникших на территорию этого, скажем прямо, враждебного государства.

– Посольство есть, пока есть посол! – твердо возразил Санери. – Если посол мертв, его обязанности принимает второй посол. Так сказано в Уставе императорской дипломатии. Поэтому повторяю еще раз: у кого-то есть другие варианты, как нам попасть к вириланскому императору?

Некоторое время все молчали.

– Энель посол, может быть, нам найти других вириланов, через которых мы могли бы попасть во дворец? – вежливо спросил Гроки.

– Гениально! – вполголоса хмыкнул Аслепи и пару раз демонстративно хлопнул в ладоши.

– Вы готовы этим заняться? – требовательно спросил Санери.

Гроки пожал плечами и скосил взгляд на Уни.

– Сейчас для нас самое главное – попасть в столицу, – проговорил секретарь посольства, глядя себе под ноги. – Ну, а там энель У… Вирандо наладит контакты с местным населением…

– И что мы им предложим? – спросил Уни голосом, каким разговаривают с идиотами. – У нас ни гроша за душой. Неизвестно, чем мы еще с целительницей расплачиваться будем. А анвиллам мы дадим жизненно важную информацию! За это они нас не то что к императору, а ко всем его сиятельным предкам проводить должны!

– Не доверяю я этим анвиллам, – задумчиво пробормотал Богемо. – Что бы там ни было, но один из них нас просто подставил!

– Да мы… мы же сами его попросили! – вскочил с места Уни.

– А вы что скажете, энель Стифрано? – обратился Санери ко второму послу.

– А что там говорить! – усмехнулся тот. – Спросим у целительницы дорогу в столицу, а потом на месте решим.

– На месте решим! – передразнил его Санери. – В крепости один раз уже решили.

– Информации мало, – скупо заключил Хардо.

– Вот, хоть один здравый совет! – хлопнул себя по колену Санери. – Энель Вирандо, за мной, остальные – ждать нашего возвращения. Попробуем выжать из этой целительницы по максимуму!

– И я тоже! – неожиданно оживился энель Стифрано.

– Сидеть! – пригвоздил его взглядом посол.

– Да она просто не сможет передо мной устоять! – запротестовал любимец столичных герандийских дам.

– Вот тогда нас уже эти прибьют, – озвучил мысли Санери энель Аслепи.

По дороге к целительнице Уни еще раз попытался деликатно склонить посла на свою сторону, но тот лишь кивал и не выказывал никакого желания что-либо обсуждать. В доме Онелии не оказалось, так что маленькая делегация обошла чуть ли ни весь огромный участок, прежде чем обнаружила девушку в саду, присевшую напротив какой-то грядки.

– Не сейчас! – жестом остановил посла Уни. – Нужно вежливо дождаться, пока она встанет.

Санери понимающе кивнул.

Они стояли так весьма долго, боясь лишний раз пошевелиться. Ситуация затягивалась.

– Может, все-таки попробуем? – шепотом спросил Санери. – А то как-то нехорошо получается, словно мы за ней подглядываем!

Уни вздохнул – его посетили ровно такие же мысли. Сглотнув, он сделал несколько шагов вперед, стараясь передвигаться как можно громче. Не добившись реакции, он пару раз кашлянул – тоже безрезультатно. Оставив все условности, он, наконец, вежливо проговорил:

– Прошу прощения, о уважаемая Онелия Лерис, с почтением и благоговением нарушаю своими словами целостность вашего тела, чтобы…

Целительница мгновенно выросла из земли, повернувшись лицом к Уни. Посол и переводчик одновременно вздрогнули.

– Я открыта для ваших слов, пожалуйста, окажите любезность, – перевел для Санери юноша.

Разговор пошел на удивление легко, но оказался совершенно беспредметным. С отстраненным дружелюбием приняв посольскую благодарность и дав понять о неуместности какого-либо вознаграждения, Онелия так и не смогла удовлетворить интерес имперцев.

– Что значит – мы не можем попасть в столицу? – напряженно спросил Санери.

– В великую Древнюю столицу, – аккуратно поправил его Уни.

– Без разницы, – ответил посол. – Я правильно понял, что туда… не всех пускают?

– Она говорит, что проблема не в том, чтобы попасть. А в том, зачем попасть.

– Мы хотим предложить их империи торговый договор, который очень выгоден обоим нашим государям.

– Она говорит, что «зачем» – это не то же самое, что «мы хотим». «Зачем» – это то, что мы есть.

– Свет мой, где-то я уже это слышал, – опасливо вздохнул посол, вспомнив крепость воинов. – Мы послы Великого владыки Герандийской империи…

– Она спрашивает, понимаем ли мы, что значит быть послами в Вирилане?

– Она над нами издевается? Или… вы правильно перевели?

– Не сомневайтесь, энель посол. Она говорит, что, поняв, кто мы здесь, мы получим то, что хотим здесь получить.

Посол Санери медленно потер пальцами виски.

– Что для этого нужно? – спросил он упавшим голосом.

– Она говорит: «Вы просите слов, но слова – лишь следствие понимания, а не его причина. Если мы хотим понять, мы должны действовать. Чтобы действовать так, чтобы понять, нужно отдаться потоку. Чтобы отдаться потоку, нужно