Каталония праздновала так, как не праздновала никогда. Рамбла в ту ночь не спала. Площадь Каталонии была запружена людьми до рассвета. Сине-гранатовые флаги свисали с каждого балкона от Грасии до Барселонеты.

А команда продолжала играть. Тридцатого мая, в перенесённом из-за финала Кубка чемпионов матче тридцать первого тура, «Барселона» выиграла у «Мурсии» на выезде. 2:0. Затем ничья в Севилье, 1:1, — единственная осечка на финише. Дома с «Атлетико» из Мадрида — 3:0, и это было уже похоже на прощальный поклон: второй мадридский клуб, так долго дышавший в спину «Реалу», тоже был повержен с сухим счётом.

Единственным пятном на финише стало поражение в Кадисе. 1:2. Маленький андалузский клуб оказался единственной командой, сумевшей обыграть «Барселону» на последнем отрезке сезона. Но к тому моменту это была уже статистика, а не турнирная интрига.

Двадцать четвёртого июня, ровно через месяц после финала Кубка чемпионов, «Барселона» закрыла сезон домашним матчем с «Малагой». 4:0. Красивая точка. «Камп Ноу» стоя аплодировал команде, которая подарила Каталонии лучший сезон в истории.

* * *

IX. ГОЛОСА

Йохан Круифф, главный тренер «Барселоны»:

— Я видел много матчей. Играл в таких матчах. Но этого не видел никто и никогда. Девять голов в финале. Красивое безумие. Я горжусь каждым. Они показали характер, класс, показали, что такое «Барселона». Когда мы подписывали Сергеева два года назад, я знал, что подписываем лучшего в мире. Сегодня он доказал, что я его недооценивал. И отдельно — Заваров. Его передача на пятый гол — лучшая, которую я видел в жизни. А я видел передачи Неескенса.

Хосеп Луис Нуньес, президент «Барселоны»:

— Самый счастливый день в моей жизни и в истории клуба. Мы ждали этого с 1961 года. Сегодня справедливость восторжествовала. Ярослав — самый великий игрок, когда-либо надевавший нашу футболку. Больше, чем Кубала. Больше, чем Круифф-игрок. Прости, Йохан, но это так. Когда он приехал из Москвы, многие сомневались. Русский в «Барселоне»? Сегодня этот русский — наше всё.

Арриго Сакки, главный тренер «Милана»:

— Мы проиграли, но я не стыжусь. Стыдно проигрывать, когда не борешься. Мы дважды выходили вперёд, мы дважды заставляли замолчать «Камп Ноу». Но против Сергеева в такой форме бессильна любая оборона. Гол на первой, на восемьдесят восьмой, на сто двадцатой — это не футбол. Это кино. Мы вернёмся. Но сегодня «Барселона» заслужила победу.

Адзельо Вичини, главный тренер сборной Италии:

— Я наблюдал за финалом с профессиональным интересом и нарастающим ужасом. Сборной Италии скорее всего предстоит играть против сборной СССР, в которой Сергеев и Заваров основные действующие лица. Заваров провёл выдающийся матч. Но Сергеев… Барези не смог. Костакурта не смог. Если лучшая оборона в мире не может его остановить, то кто может? У меня нет ответа.

Хорхе Вальдано, обозреватель, экс-игрок «Реала»:

— Я играл в финале чемпионата мира. Но то, что сделал Сергеев, выходит за рамки спорта. Гол на первой минуте это дерзость гения. Гол на восемьдесят восьмой воля чемпиона. Гол на сто двадцатой –± нечто, чему нет слова ни на испанском, ни на каком-либо другом языке. Лучший из всех, кого я видел. И я говорю это как человек, который всю жизнь играл и болел за «Реал».

Франко Барези, капитан «Милана»:

— Я защитник, моя работа — не давать забивать. Сегодня я не справился. За всю карьеру не встречал нападающего настолько непредсказуемого. Мне рассказывали, каково играть против Пеле, Марадоны, Круиффа. Теперь я знаю.

* * *

X. ИТОГИ СЕЗОНА

Сезон 1988/89 останется в истории как сезон дубля. Чемпионат — второй подряд, с отрывом в три очка при двухочковой системе. Кубок чемпионов — второй в истории, кто сказал что второй хуже первого? Тем более выигранный, выстраданный, выгрызанный в таком мачте против такого соперника? При всём уважении к ленинградскому Зениту, в противостоянии с которым наша команда взяла первый кубок, нынешний Милан это нечто особенное.

Ну и тридцать восемь голов Сергеева во всех турнирах как показатель величия. Лучший бомбардир Ла Лиги.

Круифф-тренер сделал то, что не удавалось Круиффу-игроку. Заваров доказал, что большой мастер способен переизобрести себя. Бегиристайн, Бакеро, Алешанко, Субисаррета, Фернандес — каждый заслуживает отдельной статьи. Отдельной благодарности заслуживает и сеньор Беенхаккер, чья кадровая политика в решающих матчах стала нашим негласным союзником. Круифф взял Сергеева и Заварова и построил вокруг них лучшую команду Европы. Беенхаккер взял Беланова и Мостового и посадил их на скамейку. Результат известен.

Но не о «Реале» хочется говорить в конце этого текста. Хочется говорить о том, что произошло двадцать четвёртого мая на «Камп Ноу». О девяти голах. О хет-трике Сергеева. О передаче Заварова на сто девятнадцатой минуте. О девяноста восьми тысячах, которые плакали одновременно. О том, что значит быть кулес в этом городе, в этом году, в этот момент.

Сезон закончился. Лучший сезон в истории «Барселоны».

А мы пойдём отмечать. У нас два трофея, которые нужно показать Каталонии. И у нас есть Сергеев, Заваров, Круифф и команда, которая стала лучшей в Европе.

Visca el Barça. Visca Catalunya.

Хуанма Бланко, специальный корреспондент Mundo Deportivo

СТАТИСТИКА СЕЗОНА 1988/89

Ла Лига: 1-е место. 38 матчей, 28 побед, 6 ничьих, 4 поражения. Забито 82, пропущено 31.

Кубок европейских чемпионов:

1-й раунд: «Мосс» (Норвегия) — 5:0 дома, 4:0 в гостях. Сумма 9:0.

2-й раунд: «Гурник Забже» (Польша) — 2:0 в гостях, 3:1 дома. Сумма 5:1.

Четвертьфинал: ПСВ (Голландия) — 3:1 в гостях, 2:1 дома. Сумма 5:2.

Полуфинал: «Галатасарай» (Турция) — 4:0 в гостях, 4:0 дома. Сумма 8:0.

Финал: «Милан» (Италия) — 5:4 д. в. Голы: Сергеев (1, 88, 120), Бегиристайн (38), Фернандес (70).

Лучший бомбардир клуба: Ярослав Сергеев — 38 голов (Ла Лига + Кубок чемпионов).

Глава 2

Двенадцатое августа тысяча девятьсот восемьдесят девятого года. Суббота. Москва. Тушинский аэродром.

За час до начала поле уже дышало.

Не метафора — буквально. Четыреста тысяч человек на Тушинском аэродроме создавали свой собственный климат. Воздух над толпой был на несколько градусов теплее, чем над пустыми окраинами лётного поля, и кто-нибудь с вертолёта увидел бы лёгкое марево, как от нагретого асфальта. Но вертолёт телетрансляции ещё не поднялся.

Сцена — длиной с девятиэтажный дом, положенный на бок. За ней — двадцать четыре грузовика аппаратуры, прилетевшей из Лондона тремя транспортными бортами. Звук должен был добивать до последних рядов, а последние ряды — полтора километра. Западные звукоинженеры, прибывшие за неделю, ходили с выражением людей, которым