стал рвать все воображаемые волосы, по всему телу, а прораб, только сплюнул, тоже мысленно, при этом пообещав самому себе прислушиваться к мнению старших и не влезать больше никуда и никогда. Как ни странно, но, из-за этих мысленных разборок, кровообращение в мозгу усилилось и мне неожиданно полегчало. Насколько, что я смог принять сидячее положение, безо всяких последствий.

Между тем, девушки решили сделать перекур. Конечно же, не в полном понимании этого слова. Просто отдохнуть. На меня красивого полюбоваться. Водички попить самим и мне немного, от своих щедрот, выделить. Тряпочку на лбу поменять, на более мокрую и холодную. Попутно, ведь языки свободные, обсуждали глобальные проблемы нашей организации.

Со стороны всё это выглядит наверное комично. Когда, вновь объединившись, пять девушек, пытаются меня вернуть в нормальное лежачее положение, поменять компресс и обсудить политику партии одновременно. Мне смешно не было. Тошнота, покинувшая мой организм на время, опять вернулась. Зато информация полилась рекой.

Опять-таки, отфильтровывая всякую шелуху, о красавчиках и симпотяшках, а также будущих детях, я наконец-то вник в то, что происходит в руководстве Калужской области. Не полностью, конечно, но достаточно для анализа.

Бурилина Андрея Ивановича, как оказалось, ещё зимой, указом из Москвы, перевели в другую область. А на его место назначили Симонова Александра Васильевича. За каким фигом и кому это надо девушки не упоминали. Может не знали, а может просто не интересовались. Да и мне собственно не важно. Важно другое! Передача дел идёт до сих пор! Полгода уже! Слишком много было завязано на Андрее Ивановиче. К тому же Бурилина в Калуге очень уважали. Именно за то, что он почти полностью восстановил промышленный потенциал города. Невзирая на послевоенную разруху. И не только восстановил, а пользуясь полной поддержкой населения и грозным мандатом из Москвы, начал строительство новых объектов. А тут, какой-то неизвестный хрям с горы приезжает и пытается что-то сделать сам! Ясен пень у него ни фига не выходит. Вот он и тормозит передачу дел, для лучшего понимания обстановки. Товарищу Бурилину ничего не остаётся делать, как мотаться туда-сюда как челнок - там, на новом месте принимая дела, а здесь в Калуге сдавая. Поэтому никаких дел в МГБ и не заводится, не уголовных и уж тем более политических, чтобы окончательно не похерить замену одного начальника другим. Вот! Теперь я разобрался. Мне стало легче. А-то чёрт знает что начал думать. Уф! Да!

Девушки давно убежали работу доделывать, а я перевариваю информацию. Повезло, наверное, попасть именно в этот промежуток времени. Дед как знал и позаботился об этом. Надо и мне не подвести старого интригана. Но, как он всё рассчитал, а? Вот ведь! Ладно.

Что-то девушки притихли и разговаривают шёпотом. Забыли, наверное, что на стройке не действуют нормальные законы физики. Тут звуки распространяются не так как надо, а совершенно непредсказуемо. Полусидя, привалившись спиной к стене, я прекрасно слышал весь их разговор. Конечно же мешали посторонние звуки, коих на строительстве немало, но мне-то всё было отчётливо слышно. Сейчас, прямо в нескольких шагах от меня, осуществляется заговор против... меня?!

Да-с! Женщины, в каком бы возрасте они не находились, остаются маленькими девочками. Всё бы им поиграть в куколки. Поженить Кена и Барби, сыграть свадьбу Вани и Мани, познакомить какую-нибудь с кем-то там. Вот и тут, после того, как были вымыты все мои косточки, девушки сделали свои выводы и приняли решение. Интересно было их послушать.

Получается, что все мои поступки от недостатка любви. Какая может быть любовь в детском доме, откуда она там? Папы и мамы у парня не было отсюда и привычка рассчитывать только на свои силы. Кто может заменить родителей в детдоме, если там одни воспитатели? Книги он точно не читал и фильмы не смотрел про любовь. Откуда в детдоме кино и книги про любовь? Ещё и эта проклятая война, будь она проклята! Парень даже не мог в театр с девушкой сходить. Откуда у него деньги в детдоме? В общем - это всё надо менять. И в первую очередь, конечно же (кто бы сомневался), надо его познакомить с хорошей девочкой. Научить, как с ней правильно обращаться и взять все их встречи под контроль. Чтобы у них всё было хорошо и правильно. Потом свадьба и дети. А мы присмотрим и поправим, если надо. Я даже всплакнул. Честно. И-эх!

Мой вздох был услышан. Тут же раздались крики:

— Это Вилор! Ему плохо! Бежим! Надо скорую помощь вызывать! Дура! Сама такая!

А я сполз по стеночке и улёгся на таком удобном и тёплом полу. Меня не с кем не надо знакомить! Есть только одна и единственная! Девушка Рита с такими замечательными серыми глазами. Дайте мне только немного времени, чтобы мой фейс пришёл в порядок. Я сам познакомлюсь с ней.

Наверное я что-то произнёс в слух. Потому что, когда я открыл глаза и попытался принять более менее удобное положение, вокруг стояла тишина и пять девушек. Все они смотрели на меня и чего-то ждали. А вот фиг вам! Ничего не скажу! Не хочу чтобы меня направляли и поправляли. Сам умею и знаю, что делать с девушками.

Первая поговорить со мной, решилась Маша:

— Вилор, я надеюсь ты мне всё расскажешь?

— У-у, - промычал я в ответ.

— Так, девочки! - приняла решение, возмущённая моим поведением Бартолье, - выдите на минуточку. Мне надо поговорить с моим учеником!

Думаете они ушли? Куда там! Эти слова, как и сама просьба Маши, только подкинули дровишек в костёр любопытства. Четыре подруги, уперев руки в бока, свирепо сдвинув брови, притоптывая от нетерпения, окружили нас с Бартолье. Маша не растерялась. Села рядом со мной и обняла за плечи. Её рост здесь сыграл свою роль. Наши головы оказались на одном уровне. Наставница негромко, но, достаточно, чтобы всем было слышно, спросила:

— Это что же за шалава такая успела тебе голову вскружить? А? Ты, Вилор не бойся, мы никому не расскажем. Даже наоборот поможем. Мы же многих девочек знаем.

И вот что мне ей сказать? Как объяснить? Я же по идее, кроме имени ничего о Рите не знаю. Даже, если хотел бы, ничего толком объяснить не смогу. Мало ли в Калуге красивых девушек с серыми глазами? Хотя... А может это выход?! Взять и всё рассказать. А они помогут. Найдут. Ещё и приведут. Им же это в радость.

Сначала эта мысль мне понравилась. Секунду, наверное, нравилась. А вот