воскресной проповеди. Я делал вид, что просто гуляю по улицам Мадрида. Останавливался у витрин магазинчиков, засматривался на красивых испанок, отвлекался на проезжающие автомобили. Вел себя, как обычный подросток, воображающий себя туристом, при этом тщательно проверялся, но слежки за собой не заметил. Остановив свободное такси, я минут пятнадцать ездил по городу, пытаясь отследить возможных преследователей, потом доехал до района, где располагалась нужная мне церковь, рассчитался с водителем и дальше отправился пешком.

Воскресная проповедь только закончилась, и празднично одетый народ стал выходить из ворот храма, когда я подошел к церкви. Прихожане, кто пришел вместе с близкими или друзьями, сейчас собирались вместе в шумные компании, смеясь и обмениваясь новостями, а другие, кивая на прощание знакомым, торопились по своим делам. Джеймса на месте не оказалось. Быстро пробежал глазами по сторонам, оценивая обстановку. На противоположной стороне улицы стояло четыре легковых машины и чуть подальше грузовичок. В одной из легковых машин и грузовичке сидели люди. Поймал на себе быстрый взгляд шофера грузовичка. Судя по количеству задействованных в операции людей, это была засада. Но зачем? Ответа у меня не было, зато появились сомнения в том, что я все правильно рассчитал.

«Может, свалить, пока не поздно?» – появилась мысль, но я ее тут же отбросил.

На противоположной стороне улицы прошел полицейский патруль. К этому времени последние прихожане вышли из церкви, да и небольшая площадь перед ней почти очистилась от народа. Снова быстро пробежал взглядом вокруг себя. Англичанина нигде не было.

«Решили изменить правила игры. Ну-ну».

Только я так подумал, как из церкви вышел мой знакомец по боксерскому клубу, который, похоже, все это время наблюдал за мной.

– Привет, американец, – негромко поздоровался он со мной. – Где книга?

– Привет, испанец. Со мной, – так же тихо ответил я.

– Не вижу.

– Я тоже денег не вижу, как и Джеймса.

– Все будет, только сначала покажи книгу, – в голосе испанца лязгнула сталь.

Я вытащил из-под куртки заткнутую за спиной книгу:

– Теперь видишь?

Это был томик Гете на немецком языке, даже обложка была зеленого цвета, правда другого оттенка, более светлая. Естественно, что год издания, как и издательство, были другими. Для большего правдоподобия я даже подчеркнул в ней некоторые фразы и сделал на полях пару комментариев. Совсем негодная фальшивка, но при этом это был своего рода экзамен.

– Вижу, она, – сказал он и бросил короткий взгляд на легковушку, в которой я заметил людей.

Спрятав книгу, я спросил:

– Где Джеймс?

– Так тебе нужны деньги или англичанин?

– И то, и другое.

– Поверни голову влево и увидишь его.

Повернув голову, как указано, я сразу увидел лицо англичанина в заднем окошке автомобиля, стоящего на противоположной стороне улицы. Он махал мне рукой и натужно улыбался. В свою очередь, я тоже помахал ему рукой.

– Чего стоишь? Иди, садись в машину и говори с ним, сколько хочешь. Там же получишь деньги.

– Мы так не договаривались. Деньги сейчас, потом я подхожу к машине, отдаю книгу и говорю с Джеймсом.

– Деньги в машине, – стал настаивать знакомец. – Тебе только надо подойти и взять их.

Я сделал вид, что колеблюсь. У испанца скользнула по губам ухмылка, которая говорила: пойдешь как миленький, какой жадный американец откажется от денег.

– Ладно, но если я что-то заподозрю… – договаривать я не стал, а вместо этого направился через улицу к легковому автомобилю, но стоило мне услышать взревевший двигатель грузовичка, как стало понятно, что план моих противников вошел в решающую фазу. Мне оставалось пару шагов до машины, как Джеймс вдруг резко отодвинулся в глубь салона, задняя дверца неожиданно и широко распахнулась, а двигатель грузовичка уже ревел у меня за спиной, загораживая от любопытных взглядов.

«Сейчас будет бить!» – молнией мелькнула мысль, и в то же самое мгновение я шагнул чуть шире, при этом подавшись вперед, именно поэтому удар ниже уха оказался смазанным, но я профессионально сумел изобразить потерю сознания и рухнул в салон автомобиля.

– Тащи его, – раздался чей-то сдавленный шепот.

В следующее мгновение меня втащили в автомобиль две пары крепких рук, дверца захлопнулась, мотор взревел, а еще спустя минуту автомобиль уже выворачивал от обочины.

– Аугусто, держи их под прицелом, а я книгу достану.

– Книга точно у мальчишки?

– Сам видел. Сейчас достану. – Я почувствовал, как из-за моего ремня похититель вытащил книгу. – Вот. Есть.

– Это точно она? – раздался голос человека с переднего сиденья.

До этого изображая оглушенного человека, я сидел, наклонившись вперед и упираясь головой в переднее сиденье, но стоило испанцам отвлечься на книгу, как я рванул карманный кольт из кобуры на лодыжке и, резко откинувшись назад, дважды выстрелил в лицо Аугусто, сидевшему рядом с шофером. Третья пуля попала в голову сидящему рядом со мной похитителю. Мне не хотелось его убивать прямо сейчас, но он не вовремя дернулся, пытаясь отбить мою руку с кольтом. Джеймс среагировал на происходящее, как настоящий профессионал. Не растерявшись, он вырвал из руки агонизирующего боевика револьвер и направил его на водителя:

– Сюда сворачивай!

При этом он жестом продублировал свои слова, а когда машина втиснулась в узкий переулок, приказал:

– Тормози!

Тот понял все и без перевода. Стоило двигателю заглохнуть, как англичанин сразу нажал на спусковой крючок. Водитель дернулся всем телом и обвис на руле, заливая его кровью. Выскочив из машины, мы спрятали оружие и торопливо стали удаляться от места убийства.

– Держимся друг за другом на расстоянии пятнадцать-двадцать метров. Понятно? – обратился ко мне англичанин.

– Я хорошо знаю этот район, поэтому иду первым, – ответил я. – К тому же я тут недалеко снял квартиру.

Мои слова явно удивили Джеймса, но он только сказал:

– Раз так, не будем терять время.

Еще через двадцать минут мы уже входили в снятую мною квартиру.

– Располагайся. Сейчас виски принесу, а ты садись вон туда, – и я показал англичанину за его спину.

Стоило ему чуть повернуть голову, как последовал резкий удар по шее. Тело Джеймса обмякло, после чего я подтащил его к массивному креслу. Только принялся усаживать англичанина, как из-под его пиджака выскользнул револьвер. Усадив и привязав его руки к ручкам кресла, достал из кармана платок, чтобы не касаться пальцами оружия, подобрал с пола револьвер. Найдя чистую тряпку, я постелил ее на стол, а затем положил на нее оружие. После чего принес виски, налил треть стакана, сел на стул напротив англичанина и стал ждать, когда тот очнется. Наступила финальная часть теперь уже моей собственной операции. Прошло около десяти минут. Джеймс очнулся, медленно открыл глаза, подергал привязанными руками и только потом спросил:

– Что происходит,