было рундуков под нижней полкой. Весь багаж закидывали или наверх, там было место для багажа, или складывали под полкой внизу. Этот жиробас не придумал ничего лучше, как положить свой огромный мешок на верхнюю полку, где было его место, а сам сел на моё. Короче, довёл он меня:

— Я тебе сейчас ухо откушу, - тихо, сквозь зубы, прошипел я, прямо в морду этому индивиду.

— Чё? Да ты чё? - заверещал жирный боров, - Он мне угрожает! Проводник, вы куда смотрите?

— Я тебя, - угрожающе сказал я, нависая всем, своим, немаленьким ростом, над этой сидящей тушей, - сейчас буду бить, пока ты не уберёшься отсюда. Я дурак мне можно.

— Ты вообще кто? - встрепенулся, огляделся и опять начал качать права этот толстый человек, - иди на своё место! У меня билет сюда!

— Ты, - не смог я сдержаться и вежливо поинтересовался, - сам-то кто? Твоё место где угодно, но только не тут. У меня плацкарта - вот она и проводник, тоже может подтвердить мои слова. Сам иди на своё место!

— Я не могу, - сдулся толстяк, - я высоты боюсь.

— А мне пофиг! - заорал я и дёрнул мешок вниз.

Мешок был плохой. Он просто порвался и из него посыпались какие-то шмотки, тряпки - хлам короче. Чего только там не было. Сразу-то я не обратил внимание, а потом пригляделся и увидел. Рубахи, штаны, пиджаки, галстуки, ботинки, шляпы: всё мятое и какое-то уже ношеное что ли, и не новое ни разу.

Тут, честно, меня отпустило. Как выключатель какой-то щёлкнул. Я перевёл взгляд на толстяка. Пришлось постараться, чтобы не выйти из образа. Я даже подобрал с пола какую-то рубаху, ткнул в морду увальня и спросил, с угрозой:

— Ты, чё? Коммерс что ли?

— Не... Нет, - моментально вспотев, заикаясь ответило чудо, - я костюмер. На киностудии работаю.

— Да? - задумчиво, глядя прямо в глаза, поинтересовался я, - не врёшь? Я же могу и проверить.

— Правда, правда, - смущённо улыбаясь и, в подтверждение словам, кивая головой отвечал толстяк, - мы фильм в Кишенёве снимали. Я отстал. Вот... догоняю.

Врёт. Я теперь был в этом уверен, на сто процентов. Какой нафиг из него костюмер? Повар какой-нибудь, я бы ещё поверил, а так... Не верю! Но и показывать прямо сейчас это, мне не с руки. Очень уж подозрительный пассажир. Да и груз у него, очень странный. Надо бы как-то его проверить. А как? Я не следователь, да и вообще к милиции имею очень отдалённое отношение. Как таких товарищей выводить на чистую воду, я не знаю. Дать в ухо или напугать до мокрых штанов это я могу. А вот вести душевные разговоры, постепенно узнавая о человеке всю его подноготную, не умею. Знаю кое-что, но - это из другой серии и для других целей. Нас в техникуме учили с людьми работать, как в коллективе так и с отдельными рабочими, а не с бандитами. А этот точно какой-то "засланный казачок". Впрочем:

— Ну и ладно! Раз ты у нас личность творческая, то нечего тебе делать на верхней полке. Оставайся внизу, а я уж там, наверху, расположусь. И это! Извини за мешок. Я думал, что ты комерс, а ты нормальный человек.

Вобщем, кое-как, различными уговорами и "ласковыми" словами, я успокоил эту непонятную личность. Пришлось попотеть и собрать все, что выпало, назад в мешок. Зато верхний лежак свободен, а мужик сидит, со своим богатством, в обнимку, внизу. А мне и лучше, есть время подумать. Рюкзак положил под голову и сделал вид, что сплю. В Брянске будет чем заняться, надо решить как всё это сделать побыстрее и не привлекая внимание. Блин, суббота за окном, а я болтаюсь посреди украинских полей и лесов в дурацком вагоне жёсткого типа. Там наверное уже Рита все свои дела завершила и скучает от нечего делать. Да и Катерина скорее всего гораздо лучше себя чувствует. Как там они интересно?

Заснул, блин. Вот что плотный перекус с нормальным человеком делает. Даже не заметил как. Очнулся когда объявили прибытие в Брянск. Вот и славно, мне предстоит интересное времяпровождение.

Для экстренной связи, Собкин мне разрешил воспользоваться телеграфом, но только в исключительном случае. Что я и сделал. Замучился писать перьевой ручкой, но ничего - справился. Текст самый нейтральный: " Везу много вещей зпт требуется опытный извозчик тчк". И адрес, совсем не Калужское отделение линейной милиции, а просто нейтральный, легко запоминающийся - улица Привокзальная, дом 2, Петрушину Фёдору Ивановичу. Как я понял это всем известный Фёдор там проживает. А может и ещё кто под таким распространенным именем. Мне всё равно - я дело сделал. Даже, как-то дышать стало легче. Теперь, я точно знаю, что меня будут встречать с духовым оркестром и силовой поддержкой, в лице вооружённого отряда милиции. В первом не очень уверен, а вот во втором точно так и будет. А там уже не моё дело. Тот или не тот человек этот толстый, меня мало волнует. Поговорят с ним знающие люди и сами всё решат. Моё дело маленькое - найти подозрительных людей и я, скорее всего, это сделал. Нашёл и предупредил.

Дежурные блюда, в ресторане Брянского вокзала, порадовали умеренной ценой и неплохим качеством. Наелся до снулого состояния в коем и забрался на свою, теперь уже верхнюю полку. Там в полудрёме и провалялся до остановки в Сухиничах. Мой толстый визави грустил на нижнем сидении. Тяжело вздыхал, о чём-то переживая, смотрел в окно. Иногда, он начинал судорожно ощупывать свой мешок, пытаясь закрыть некрасивую дыру из которой торчали вещи. Вот и хорошо. С таким мешком, он так просто не исчезнет из вагона. По любому я услышу и разберусь - куда и зачем он собрался?

Не верится мне, что я нашёл того кто нужен. Какая-то часть меня сомневается в таком везении. Но и, с другой стороны, всё на этом свете может быть. Почему бы и нет? Посмотрим. Осталось всего ничего. Через два часа всё решится. А пока попытаюсь-ка я поговорить с этой личностью. А что? Я, блин, даже, до сих пор, не знаю как его зовут. Толстяк неохотно шёл на контакт. Но всё же мне удалось узнать его имя - Аркадий Аркадьевич Тураковский. После того, как он назвал своё имя, жиртрест внимательно