потому что боялся что-нибудь сломать или как-нибудь навредить детям. Хватило одной сломанной перьевой ручки, чтобы это понять. Ничего, ребята в руках надёжных воспитателей и нянечек и, думаю, сумеют сработать так как и раньше это делали.

Дождался белорусов. С ними ещё проще. Просто попросил их быть внимательнее к процентному соотношению состава. Обязательно всё записывать. Если будет что-то непонятно, то... тоже записывать. Увидел, недовольные физиономии. Плюнул на приличия и произнёс краткую речь:

— Запомните - чем больше вы запишете, тем легче будет во всём разобраться! Я с вами в Белоруссию не поеду и там вам помогать будет некому. Лучше здесь записать какую-то мелочь, чем потом из Белоруссии звонить в Калугу, чтобы вам это объяснили! И вообще: технология отработана, поэтому - наблюдать, запоминать и, в меру сил, помогать и участвовать, и обязательно записывать! Для непонятливых - сами ничего не делаем! Ваш день будет в следующее воскресенье. Там будете действовать самостоятельно. А сейчас только учимся! Всё, я уехал! И ещё напоследок... слушаемся воспитателей.

Под общий хохот, я пошёл к мотоциклу. Мне предстоит, как можно быстрее, добраться до дома. Там спокойно. Там жена, которая меня ждёт. Надеюсь, что там я отвлекусь от непонятных порывов моего организма. К тому же - у нас сегодня поход в гости, по очень знаменательному поводу - рождение ребёнка! Нужно подготовиться и сделать всё так, чтобы Рита как можно меньше волновалась. А лучше, если она будет веселиться. Может на руках её отнести до дома Николая и Катерины? А то, что мы подарим молодым маме и папе, можно положить в рюкзак. Нормально получится - жена в руках, рюкзак на спине. Ничего не мешает и идти легко. Думаю, что это предложение ей понравится! Я прямо представил, как всё это будет происходить. Весело же будет? Потом задумался... Что-то меня опять начало заносить, куда-то не туда... Блин! Эй, там, наверху! Неужели не понятно, что сегодня не будет никаких действий по поводу бронепоезда! У меня, как и у всех граждан СССР, сегодня выходной день! Дед! Угомонись! Дай отдохнуть!

Первое кого увидел, когда закатил мотоцикл во двор - это был грустный Витас. Собакен сидел возле будки и изображал самую скорбную печаль, какую только может изобразить, вообще-то, всегда положительно настроенный и весёлый пёс. Не знаю, что его так расстроило, но - знаю точно, что ко мне это не относится. Может его покормить забыли? А может, не дай бог, заболел? Ведь, обыкновенно, когда он видит меня, его хвост начинает работать, как пропеллер вертолёта. А тут, он, даже, не встал с места - как сидел на заднице, так и сидит. Пришлось подойти и потрепать пса за холку. В ответ, я получил взгляд такой всеобъемлющей скорби, что у меня, у самого, что-то ёкнуло в душе. Захотелось завыть и матерно выругаться... Присел на корточки и обнял Витаса. И уже, вместе с псом, я посмотрел, на входную дверь в мой дом. Потом обратил внимание на мусор, что, в небольшом количестве, присутствовал на ступеньках. Да и вообще, создавалось ощущение, что по крыльцу промчался табун диких лошадок. Как-то всё выглядело неухожено и грязьненько. Это был нонсенс. Что-что, а порядок, возле дома, жена и тёща поддерживали железный. Прямо сюр какой-то... Неужели что-то случилось? Что-то такое из-за чего мои любимые женщины, позабыли о таких важных вещах, как чистота и порядок?!

Витас грустно посмотрел на меня и шумно вздохнул. Не отдавая себе отчёта, я, невольно, повторил за псом его действие. Втянул воздух всеми своими лёгкими - до боли в груди. Аж в носу засвистело... Потом повторил, но - более аккуратно и вдумчиво. И только тогда я понял, о чём грустит мой пёс. В воздухе плыл аромат ухи. Эта смесь запахов - рыбы, лаврухи, лука и укропа, сводила с ума. Желудок тут же отозвался возмущённым рёвом, напоминая что - мы с утра ничего не ели! Я посмотрел на Витаса и, понимающе, произнёс:

— Братан, твои чувства, мне понятны. Я сейчас всё устрою! Сиди здесь и никуда не уходи.

Старт с места и потом спринт, от будки Витаса до входной двери, прошёл успешно. В сенях я даже забыл скинуть обувь, так меня манил запах ухи(или рыбного супа - кому как нравится). Влетел на кухню, с желанием поскорее пожрать, но - пришлось резко остановиться... И поздороваться, сначала:

— Ерасыл? Привет!

Да! За столом сидел мой друг Ерасыл. Там же сидели ещё человек пять казахов и, естественно, моя жена и тёща. Стол ломился от всякого-разного. Видимо гости привезли гостинцы из столицы нашей Родины. А вот, во главе стола, находилась большая кастрюля с аппетитно пахнущей ухой. Я вспомнил, что вообще-то голоден и резко нашёл место рядом с женой. Всё остальное потом... Не, ну а чё? Я жрать хочу как папуас, а они сидят неудобно. Пока будут выбираться из-за стола, я помру от голода. Потом обнимемся и поздороваемся. Сейчас время ухи! Как же она пахнет божественно...

Тарелка с вкуснейшим супом материализовалась передо мной, как по мановению волшебной палочки. Большая скибка чёрного хлеба, сама собой прыгнула в мою руку(а может это жена постаралась). Про ложку, я ничего говорить не буду - она давно была в другой руке. Как она там оказалась - я не в курсе. Знаю одно - первая ложка ухи, самая вкусная. Да и остальные не хуже. Всё, меня не отвлекать! Очнулся только когда ложка стала скрести по дну посуды. Сразу возникла мысль - может ещё тарелочку? Долго не думал, ответ был один - можно, но, если только чуть позже. Сначала эту нужно доесть.

Когда тарелка опустела и мысли приняли правильное направление, я понял, что все смотрят на меня. Ждут, чего-то? Скорее всего, когда я закончу кушать. А зачем? Должна же быть какая-то причина? После минутного осмысления, мне кажется, я понял что меня хотят попросить. Опять, мой хороший друг приехал, просить песню новую спеть. Зря он это. У меня нет никакого желания это делать. На данный момент есть только одна задача - это стройка! Тем более что с понедельника мы начинаем вести кладку. Думаю, что я думаю правильно. А значит - пришло время поговорить. Попробую отмазаться от такой незавидной участи. Но - сначала, надо моих женщин поблагодарить, и кое о чём напомнить:

— Уф! Спасибо мама! Благодарю любимая! Всё очень вкусно, честное слово. Там Витас совсем загрустил. Нельзя ли ему чего-нибудь пожрать сообразить?