Лицензии? — удивился Элдрик. — То есть вы контролируете качество алхимиков?

— Обязательно, — кивнула Ольфария. — Плохой алхимик может не только не помочь, но и навредить. Поэтому все наши выпускники сдают строгие экзамены.

— Умно, — признал глава гильдии. — У нас любой, кто может смешать два реагента, называет себя алхимиком.

Разговор прервал вошедший помощник:

— Мастер Элдрик, извините за беспокойство. К вам посетитель — граф Ульрих Железный Кулак.

Атмосфера в лаборатории тут же изменилась. Алхимики переглянулись с беспокойством.

— Граф Ульрих? — удивился Элдрик. — Что ему нужно в гильдии?

Через несколько минут в лабораторию вошёл грузный мужчина в дорогих одеждах с хмурым лицом. Его взгляд тут же остановился на Ольфарии и Гиперионе.

— А, вот вы где, — проговорил он неприязненно. — Знаменитые реформаторы из Вальденка.

— Граф Ульрих, — вежливо поклонился Гиперион. — Неожиданная встреча.

— Мастер Элдрик, — обратился граф к главе гильдии, игнорируя гостей, — надеюсь, вы помните о лояльности короне и традиционным ценностям.

— Конечно, ваша светлость, — осторожно ответил Элдрик. — А в чём дело?

— В том, что некоторые… радикальные идеи могут нанести вред стабильности королевства, — граф посмотрел на Ольфарию. — Алхимия — древнее искусство, не терпящее революций.

— Мы не призываем к революциям, — спокойно возразила Ольфария. — Только к улучшению качества и доступности алхимических услуг.

— Улучшению? — фыркнул граф. — Вы превращаете благородное искусство в ремесло! Массовое производство, конвейерные методы…

— И благодаря этому тысячи людей получили доступ к лечению, — парировал Гиперион.

— Люди! — презрительно бросил Ульрих. — Алхимия создана для знати, для тех, кто может её оценить!

Элдрик нахмурился:

— Простите, ваша светлость, но я не согласен. Долг алхимика — помогать всем, кто нуждается в помощи.

— Мастер Элдрик, — угрожающе произнёс граф, — надеюсь, вы не поддаётесь на пропаганду этих… выскочек.

— Я поддаюсь на здравые идеи, — твёрдо ответил глава гильдии. — И то, что предлагают графиня и воевода, имеет смысл.

Граф Ульрих покраснел:

— Тогда вы делаете ошибку. Большую ошибку.

— Угрожаете? — спросил Гиперион.

— Предупреждаю, — ответил граф. — Союз с неправильными людьми может дорого обойтись.

Элдрик выпрямился:

— Граф Ульрих, в стенах гильдии не угрожают. Это место науки, а не политики.

— Всё место политики, — зло бросил граф и направился к выходу. — Помните мои слова.

Когда он ушёл, в лаборатории повисла тишина.

— Извините за неприятную сцену, — сказал Элдрик. — Граф Ульрих… не отличается тактом.

— Ничего страшного, — ответила Ольфария. — Мы привыкли к подобной реакции консерваторов.

— Но он прав в одном, — задумчиво произнёс Элдрик. — Союз с вами может быть опасным для гильдии.

— И что вы решите? — спросил Гиперион.

Элдрик снял очки и протер их:

— Знаете, я всю жизнь занимаюсь алхимией. Видел, как она развивается, как застаивается, как возрождается. И то, что вы предлагаете… это действительно прорыв.

Он надел очки обратно:

— Поэтому гильдия поддержит вас. Официально мы останемся нейтральными, но неофициально… мы готовы к сотрудничеству.

— Что именно вы предлагаете? — поинтересовалась Ольфария.

— Обмен знаниями, — ответил Элдрик. — Ваши методы массового производства в обмен на наши исследования. Совместные проекты, стажировки, консультации.

— И поддержку при дворе? — уточнил Гиперион.

— И поддержку при дворе, — кивнул глава гильдии. — У нас есть влияние среди учёных кругов. Многие придворные пользуются нашими услугами.

— Превосходно, — улыбнулся Гиперион. — Союз науки и практики.

— Именно, — согласился Элдрик. — А теперь расскажите подробнее о ваших школах обучения. Я думаю, нам стоит внедрить похожую систему в столице.

Разговор продолжился за ужином в гильдейской столовой. За столом собрались ведущие алхимики столицы, все жадно впитывали рассказы о методах графства Вальденк.

— А что насчёт финансирования? — спросила пожилая алхимичка. — Как вы окупаете затраты на обучение?

— Выпускники работают несколько лет в государственных аптеках, — объяснила Ольфария. — Часть их доходов идёт на развитие школы.

— Умно, — одобрил молодой исследователь. — Инвестиции в образование окупаются через практическую деятельность.

— А что с исследованиями? — поинтересовался другой алхимик. — Остаётся ли время на научную работу?

— Ещё как остаётся, — заверил Гиперион. — Когда рутинная работа автоматизирована, освобождается время для настоящего творчества.

К концу вечера было достигнуто несколько важных договорённостей. Гильдия согласилась прислать своих мастеров в графство для изучения методов массового производства. Взамен Ольфария и Гиперион обещали поделиться результатами своих медико-алхимических исследований.

— Это начало прекрасного сотрудничества, — сказал Элдрик на прощание. — И будьте осторожны на завтрашнем балу. После сегодняшнего визита графа Ульриха у вас могут быть проблемы.

— Мы готовы к проблемам, — спокойно ответил Гиперион. — А теперь у нас есть союзники, которые помогут их решить.

— На нас можете рассчитывать, — заверил глава гильдии. — Наука должна служить прогрессу, а не реакции.

Покидая гильдию поздним вечером, Ольфария и Гиперион чувствовали удовлетворение. Они нашли единомышленников в столице — людей, которые понимали ценность их идей и готовы были их поддержать.

— Хороший день, — подытожила Ольфария. — Король заинтересован в сотрудничестве, алхимики готовы к союзу…

— А враги показали свои карты, — добавил Гиперион. — Завтра на балу всё станет окончательно ясно.

— Тогда подготовимся к финальному акту, — решила Ольфария.

Впереди их ждал королевский бал — место, где определится будущее их графства и их самих.

Глава 28

День двести восьмой, раннее утро. Гиперион сидел в кабинете особняка «Серебряная лилия» за столом, заваленным планами королевского дворца, списками персонала и мешочками с золотом. Его алые глаза внимательно изучали схему расположения залов, коридоров и служебных помещений.

— Командир Грашак, — обратился он к орку, стоящему рядом, — сколько наших людей уже в городе?

— Двадцать лучших воинов прибыли вчера ночью, господин воевода, — доложил орк. — Переоделись в торговцев и ремесленников, размещены в разных гостиницах.