стоял посреди дикой реки, беседуя о каких-то непостижимых знаниях с более чем странным человеком, обсуждая не тонкости охоты и рыбалки, что было бы вполне естественным, а каких-то непонятных существ! Слушал и натурально обалдевал. Это была та самая ситуация, когда ты, испытывая дурацкое, в данном случае, чувство вежливости, внимаешь бредням не совсем нормального человека. И постоянно думаешь: «Что ты несёшь, уважаемый, и почему я всё это, мать твою так, должен выслушивать?» А прервать нельзя.

– Сарсембаев рассказывал, совсем недавно, встретились на реке…

– Ильяс мужчина умный, однако слишком горячий, это порой мешает ему заглядывать глубоко, – с сожалением покачал головой таёжный охотник. – Духи побежали по тайге. Они доберутся до самых дальних мест планеты, правда, там их будет гораздо меньше, как ты понимаешь.

– Рассеивание?

– Конечно. Всё произойдёт так же, как в прошлый раз и во все предыдущие. Но это не наши духи, точнее, далеко не все из них являются нашими. И никто не знает, какие именно побежали и побегут в этот раз.

Обалдеть! До невозможности странно и даже жутковато складывается этот удачный, как мне казалось с раннего утра, день! Все вокруг словно сговорились с целью основательно меня напугать: пропавший невесть куда весельчак Дима Новиков, отдохнувший бодряк Ильяс Сарсембаев, который, как я теперь понимаю, и сам был встревожен… А теперь к ним присоединился ещё и основательный, как прибрежные скалы, Пётр, очевидно имеющий свои объяснения и теории.

Теории чего? Объясняющие что?

И что тут, чёрт возьми, происходит?

– Знаешь, какая у меня фамилия? – неожиданно спросил он и сам же ответил: – Полигус. Пётр Полигус. Тебе она пока ни о чём не говорит, но ты, когда будешь в посёлке, возьми в клубной библиотеке книги об истории Эвенкии, они там есть. Знаю точно, сам когда-то занимался комплектацией… Фёдор Полигус из рода Купогир – мой предок. Пожалуй, это самый знаменитый эвенкийский шаман. О его мистической силе ходили легенды, зачастую люди его просто боялись, и не только тунгусы, но и якуты, кето и лесные ненцы. Он исходил много мест по нашим рекам, приобрел много сведений, хорошо говорил по-русски и девять лет служил князем Нижнечунского рода. Общался на Подкаменной Тунгуске с исследователем этих мест этнографом Макаренко… А главное, он был свидетелем падения Тунгусского метеорита. И позже в своём роду рассказывал некоторым людям то, что другим было рассказывать запрещено. Так вот, по его словам, злые духи побежали и тогда. Я не знаю, как и кого из них могли называть вы, русские. Может, лешими, а может, водяными. И поначалу их было очень много. А потом…

– Рассеялись… – пробормотал я. – А почему ты говоришь, что эти духи чужие?

В стороне плеснул хвост крупной рыбины, которой были глубоко до лампочки все проблемы высших существ, живущих на суше. Пусть хоть курс биткойна катастрофически упадёт, хоть Тунгусский метеорит.

– Наших в таком количестве может выгнать только большая сила, такая, как Дябдар, например. Гигантский змей, который участвовал в сотворении мира вместе с мамонтом Сэли, осушая землю и пролагая своим туловищем русла рек. Наши духи заняты своей обычной работой, им некогда всем сразу выскакивать наверх. А кто бездельничает? Разве что группа мелких духов, населяющих тайгу, горы, ручьи и каменные россыпи. Это арэнки, существенного вреда они, вероятней всего, причинить не смогут. Могут светиться, как двигающиеся болотные огни, фосфоресцировать. В тайге арэнки иногда пугают человека шумом, свистом. Порой балуются, бросаясь мелкими камешками или сучьями. Многие из непонятных шумов и движений в тайге старики приписывают им. Иногда арэнки пытаются подойти ближе к человеку, но достаточно пальнуть в воздух, чтобы их отогнать. Если людей много, то арэнки почти не показываются. Безвредные, в общем-то.

Реальный мир вокруг меня сомкнулся с мистическим. В какой-то момент разговора я почти смиренно принял это, чего никогда не сделал бы в тесном городе, и словно бы успокоился. Беседа как беседа.

Таёжная жуть, бывает.

– Значит, возможно пополнение местными силами? – с вырвавшимся ехидством и злостью на себя спросил я, поняв, что рука моя застыла на замке-молнии кофра со спиннингами, так и не открыв его.

– Что ты сказал? – слабо улыбнулся Пётр, поглаживая древко весла, на которое он опирался. – Пожалуй, так оно и есть, пополнение. Хуже, если на охоту выйдут боны или ибага, что происходят от мёртвых людей, их даже спутать можно издали. Волосатые, нижней челюсти нет… Живые неживые.

– Что-то типа зомби? – спросил я осторожно.

– Считай, как хочешь. Но главное всё же – чужие духи. Их нет в наших пантеонах, но они остаются в сказаниях непонятным существом, как одноногие и одноглазые чюлюгдеи или баруси у нганасан. О них ты тоже не слыхал? Зайди в библиотеку, Никита, почитай. А потом уезжай.

– Хитро закручено. Серьёзный совет. А ты? Тоже серьёзно, тоже уйдёшь?

– Мне нельзя уходить. Я эвенк из рода Купогиров, – сказал он, не обратив внимания на мою насмешку. – Если мы уйдём один раз, оставив свои земли нечисти, то обратно уже не вернёмся. В прошлый раз эвенки не ушли, они просто укрылись. Потому так долго и не было никаких экспедиций к месту падения метеорита, русские люди не могли найти проводников, да и рассказывать им не хотели.

– Стоп! Извини… По твоей теории получается, что каждый раз после падения метеорита начинается такое нашествие? То есть в случае с Челябинским метеоритом там должны быть отмечены всплески появлений…

– Да понятия не имею! – как-то очень по-русски прервал он меня громким голосом. – На Урале свои «полигусы» есть, их и спрашивайте. Всё, Никита, поехал я. А ты всё-таки послушай моего совета. Спрячь упрямство, гордость и веру в силу радиостанций с вертолётами, не поможет это. Книгу возьми в руки, книгу!

Он уже устроился в долблёнке, сидя прямо и ровно, как статуя, затем с силой оттолкнулся ногами в мягких ичигах от мокрого камня…

– Подожди! Пётр! А ты сам видел? Сам! Уже видел этих чужих?

Эвенк медленно повернул ко мне большую голову с длинными чёрными волосами, перехваченными плетёной тесьмой, и тяжело выдохнул одно слово:

– Да.

Весло без всплеска ушло в воду, руки умело двинули его вдоль борта, и обласок полетел вперёд легко и свободно, несмотря на полтора центнера груза.

Словно действительно ушёл под мотором.

Глава седьмая

Первый пошёл

Место здесь для рыбалки отличное, проверенное.

К сожалению, его координаты, как выяснилось, известны не только местным, но и некоторым толстопузикам. Сдал кто-то. Прошлой осенью, почти в самом начале своего отшельничества, во время первой же рыбалки я увидел бесхозную