class="p1">Конечно, стены восстановили, а в город прибыло из столицы пополнение, но сам факт взятия города, пусть и не слишком крупного, говорил о многом. В королевстве дела шли все хуже, а пожары полномасштабной войны с темными тварями, уже были готовы зажечься, по всем границам Пентакора. Еще хуже было то, что как показали наши расследования и углубленное знание ситуации в целом по миру, остальные расы имели те же проблемы что и мы. Гномы уже вовсю сражались со своими исконными врагами, а эльфы, ни один десяток лет, вели затяжной, но от этого не менее значимый и не менее кровопролитный конфликт, с обитателями соседнего континента.

Как только мои мысли коснулись лесного народа, мое сердце в очередной раз кольнула печаль, и я вновь ощутил, периодически возникающее, с момента моего отъезда из их королевства, томление души. В сознании моем, вновь ярко всплыл прекрасный, но полный печали, образ Лучиэниэль, каким он мне запомнился, при нашем последнем разговоре с ней, во дворце короля Эльсинора. Ее голос, подобный журчанию горного ручья, по-прежнему звучал в моих ушах, а кристалл сапфира, в кольце на моем пальце, не давал мне забыть ее пронзительно синие, большие и ясные глаза.

Я встряхнул головой, отгоняя виденье, и снова вернулся к насущным проблемам северных городов Королевства. Грин еще немного добавил сочных красок к своим новостям и на этом мы расстались, тем более к тому времени все, что стояло на столе, уже было съедено и выпито. Мы поднялись в свои апартаменты и там тут же провалились в благословенный сон. После нашей долгой, зимней дороги и обильного, сытного ужина, он был нам абсолютно необходим.

Утром мы собрались в дорогу и, оставив на попечение местных гвардейских конюхов своих верных коней, отправились в гильдию магии. В Низорде она так же располагалась поблизости от центра города и была практически копией столичной. За исключением более простого убранства внутренних помещений и меньшего количества магов внутри, я бы не отличил ее от Пентакоровской, как по функционалу помещений, так и по их взаимному расположению. Встретили нас у порога. Я представил себя и своего спутника и коротко объяснил суть нашего здесь появления. Местный глава гильдии, пожилой седобородый магистр школы Воды, сверился с какими-то бумагами, покопался в висевшей в его кабинете ключнице и, выудив оттуда связку старых, даже на первый взгляд ключей, попросил следовать за ним.

Мы спустились сначала в цокольный, а затем и в подземный этаж здания. От лестницы, шел длинный коридор, по обеим сторонам которого, через равные промежутки, были расположены двери, запертые на большие, старинного вида, навесные замки. Мы дошли до конца коридора и уперлись в массивную дверь, наподобие тех, что мы прошли, но обитую коваными пластинами, которые шли параллельно полу. На центральной пластине, с правой стороны, была видна замочная скважина, куда наш провожатый вставил резной ключ, с очень затейливой бородкой. Повернув его на два оборота, он коснулся накладной, кованой ручки и потянул ее на себя. Между его рукой и пластиной двери пробежала искра. Вспыхнул и тут же погас символ в виде пентакля на ее поверхности. Спустя секунду раздался щелчок отпираемого механизма замка, и дверь поддалась его усилию и со скрипом в петлях, наконец, открылась в нашу сторону.

Мы вслед за магистром зашли внутрь. Светильников или иного освещение в этой зале не было. Но оно было и не нужно, потому что во весь каменный пол, здесь сверкала голубым пламенем, всеми своими пятью лучами, звездчатая пентаграмма исполинских размеров. Я оценил навскидку ее размеры, и у меня получилось что-то около десяти метров в поперечнике. Лучи ее касались стен, а внутри звезды, в образованном ее лучами пятиугольнике, я заметил по углам, изображения символов пяти городов королевства: Пентакор, Эльтанор, Низорд, Гарт, Хиронг.

В очередной раз я убедился, что в нашем королевстве все завязано на числе пять. Даже название столицы шло от слова «пента», не говоря уже о пяти холмах, на которых и раскинулся наш столичный город. Мы с Сэмом прошли внутрь светящегося пентакля, и встали в том углу, где был изображен герб города Хиронг. Магистр пожелал нам счастливого пути и закрыл за собой дверь. Я услышал звук закрываемого замка, и в тот же миг, пентакль разгорелся до ослепительного сияния. Я непроизвольно зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что пентаграмма погасла.

Сначала я не сообразил, что перемещение уже состоялось. Лишь когда бросил взгляд под ноги, то увидел, что мы с Сэмом хоть и стоим в том же углу, но в нем уже изображен герб Низорда. Пока мы шли в сторону двери, в ней уже щелкнул замок, и она распахнулась, впуская внутрь сноп факельного света из ярко освещенного коридора. Естественно, коридор был идентичен тому, по которому мы шли в зал с пентаграммой в Низорде. Те же каменные стены и пол, те же двери с замками и факелами между ними. Вот только провожатый наш сменился, на среднего лет мужчину, которого Сэм, похоже знал ранее, судя по их оживленному разговору, к которому я, шагая вслед за ними, особо не прислушивался.

Когда мы вышли из гильдии на улицу, я сразу ощутил влажный, соленый морской воздух, ярко контрастирующий с сухим морозным воздухом северного города. Здесь было теплее, хотя зима и тут уже облачила крыши и улицы города белым покрывалом снега. Искать гостиницу не было смысла, поэтому мы сразу направились в порт, где не без труда сговорились с владельцем небольшой бригантины, капитан которой, все же согласился доставить нас на соседний континент, расположенный в сотне лиг, к востоку от Хиронга. Королевская печатка вновь не оставила шансов владельцу судна получить барыш, с этого совсем не близкого путешествия его корабля. А когда я сообщил владельцу, что его кораблю придется еще и ждать нашего возвращения в порту, чтобы доставить обратно, тот совсем приуныл.

Бригантина – это не грузовая каравелла, особенно много в нее не загрузишь, поэтому хоть и между нашими портами велась торговля, данная поездка для владельца окажется убыточной. Бригантины обычно использовались для быстрой доставки почты, важных или королевских документов, или малогабаритных, но ценных грузов, за которые платили в разы щедрее, чем за обычные рейсы. Я не выяснял, какой гешефт получают торговцы, и владельцы, к примеру, таверн, оказывая мне бесплатные услуги, согласно королевской печати, как они оцениваются и как контролируются. Мне было гораздо важнее то, что я, используя ее, мог не забивать себе голову расценками, оплатами или иными бытовыми