пройти трансформацию и мотала головой, пытаясь понять куда пропала ее жертва. Выпустил длинную очередь, всадив в гадину патронов десять. Доппеля отбросило в сторону, а потом он снова изменил свой облик. Теперь передо мной стояла Сида. Именно такой я запомнил ее в последний день, за пару минут до того, как погибнуть от «лунной пыли».

– Айварс, как же так? Неужели ты убьешь меня? После всего, что мы пережили! Ты ведь знаешь что я к тебе чувствую!

Бах! Не церемонился и засадил очередь твари прямо в голову. Будет знать, как давить на больную мозоль. Из кабинета на другом конце коридора вывалился настоящий Цезарь и залег на полу, выставив перед собой автомат.

– Аркан! Как обстановка?

– Я в порядке, доппель ликвидирован.

Через пару секунд к нам присоединился Кокос. Только сейчас я понял, что вся эта перестрелка с двойником заняла от силы несколько секунд.

– Как ты понял, что это не я? – поинтересовался Цезарь. – И что это за девушка была? Одна из тех, кого он видел?

– Нет, он взял ее из моей памяти. Надеялся, что я не выстрелю, или хотя бы замешкаюсь.

На самом деле, я нарочно повернулся спиной к ненастоящему Цезарю. Будь он настоящим, он узнал бы мой секрет, а доппель попался в ловушку, которую я ему приготовил. Склонился над его останками и собрал эссенцию в колбу. Думаю, в этой концентрация должна быть выше, чем у Мрака, а там проверим.

– Я нашел девочку! – закричал Кокос. – Сюда!

Мы с Цезарем осторожно последовали за бойцом, потому как поняли, что верить своим глазам нельзя. Вдруг это очередной двойник, который ведет нас в ловушку? Тело девушки действительно обнаружилось возле беговой дорожки. Маленькая девочка лет девяти, лежала лицом вниз, широко раскинув руки. От удара о пол у нее на голове образовалась шишка и небольшое рассечение, которое уже успело затянуться коркой. Перевернул ее на спину и нахмурился. Нет, Альбина была еще жива, но времени у нас оставалось совсем мало. Губы посинели, как у утопленника, под глазами черные круги, а дыхание почти не ощущается.

Сорвал с пояса колбу с эссенцией Двойника и влил в рот девочки. Она вздрогнула и задышала куда чаще, ее зрачки задергались, но не раскрылись. Ничего, это нормально, еще есть время.

– Ребята, возьмите ее на руки. Альбину сейчас будет трясти, возможно, поднимется давление, может, даже вырвет, но она справится. Эссенция уже начала свою работу, теперь нужно дать организму прийти в себя. Нужно уходить отсюда поскорее, потому как с двумя ранеными на руках мы далеко не уйдем.

– Пш! У нас Мрак! – зашипела рация голосом Доцента.

А неприятности не спешат заканчиваться! Я ведь должен был чувствовать, что состояние ребят и беспокойство за раненого друга, который истекает кровью, могут вылиться во встречу с Мраком. Все, как тогда с раненым Шишкиным и убитым Карамышевым. Хлоп!

Мгновенно переместился к телу Хирурга и увидел лежащее в луже крови тело Енота и Доцента, которого Мрак прошил когтями и заносил руку, чтобы добить. Выстрел!

Короткая очередь заставила тварь переместиться, а Доцент грохнулся на пол, издав стон боли. Если стонет, значит еще живой, уже радует. Мрак переместился не куда-нибудь, а мне за спину, но я был к этому готов, поэтому ушел в сторону прыжком и выпустил еще одну очередь, на этот раз в упор. Тварь рассеялась, оставив после себя сгусток эссенции, а со стороны коридора послышались тяжелые шаги ребят.

– Енот мертв, Доцент сильно ранен, Мрака больше нет.

– Я разберусь! – Кокос присел возле раненого товарища и принялся бинтовать его. Да, бронепластины не особо спасли от когтей Мрака, но если бы не они, тварь пронзила бы Доцента насквозь, а так отделался глубокими рваными ранами.

– Я беру Альбину с Хирургом и перемещаюсь к Соловью с Юнгой. Сможете дотащить Доцента самостоятельно?

– Разберемся! – отозвался Цезарь. Он был хмурый, как сама смерть.

Я же вернулся за девочкой, которая пока находилась в бессознательном состоянии и присел рядом с Хирургом. Доцент уже пришел в себя, но сейчас трясся от боли. Цезарь склонился над ним, чтобы вколоть обезболивающее.

– Четвертого взять не смогу, силы и так на исходе, да и вчетвером вряд ли удастся прыгнуть на большое расстояние. Мне нужно держать тех, кто перемещается со мной. Понадобится секунд десять на прыжок, сможете прикрыть?

– Нет! – выдал Цезарь и навел на меня дуло автомата. – Сначала ты объяснишь мне кто ты такой, а потом я решу стоит ли отпускать с тобой Хирурга и дочь Меньшикова. Пацаны в твоем возрасте не ведут себя так. Даже Юнга здесь уже бы раз десять обосрался, а ты вытворяешь бешеные вещи, словно в этом нет ничего особенного. Сначала направленный луч дара, который выбивает снайпера, потом двумер, теперь доппе… тварь эта, в общем. И пёс бы с ним, но как ты смог перемещаться в пространстве? Я видел собственными глазами как ты стоял рядом, а потом оказался рядом с парнями. Обычный человек не способен на это.

– А ты еще не понял? Меньшиков не стал бы просить меня сходить за своей дочерью, если бы мог заменить мою кандидатуру кем-нибудь другим. Если он слышал историю о том, как я вытащил Чалова и Малову из Запрещенной зоны в Шереметьево, должен был слышать и ты. Да, я не обычный человек, но без меня вы не прошли бы даже двумера, я уже не говорю за доппеля. Увы, я не смог спасти Енота, но без моего вмешательства Хирург и Доцент точно были бы мертвы, а может и все вы.

Цезарь молчал, но по его глазам я видел, что он колеблется.

– Обратный путь займет часа три, не меньше. Даже если Доцент сможет самостоятельно идти, в чем я сомневаюсь, Хирурга и Альбину придется нести. И да, Хирург точно умрет в пути, потому как он и так потерял слишком много крови, а мази и ваши лекарства не могут быстро залечить такую глубокую рану. Выбирай: или я в несколько прыжков доставляю их в безопасное место, или мы все ползем как черепахи и рискуем умереть.

– Цезарь, он прав, – подал голос Доцент. – Пусть парень действует как считает нужным. Наша работа здесь выполнена, уйти бы только живыми.

– Сможешь вернуться за нами? – Цезарь явно ждал положительного ответа, но я отрицательно покачал головой.

– Мои силы не бесконечны, командир. Максимум что смогу – дотянуть до безопасной зоны. На этом все.

– Хорошо, – Цезарь вернул автомат на пояс. – Мы знали на что шли, поэтому будем выбираться своими