при этом чужаки к ним — ни-ни. Уж даже я как к ним только ни подбирался — так мне только на дверь и указывали. А пару раз даже пинком выкидывали. Ну, ничего, если я приду к ним с тобой, и ты подтвердишь, что я твой самый-самый лучший друг, и что мне можно доверить — то вот тогда-то будет шанс, что они с нами поговорят.

Ансильяш недовольно покосился на Амидала, явно не обрадованный такой ролью. Но делать нечего, местные стревлоги, действительно, много чего могли разузнать, уж кому, как не ему было это понимать.

— Ну а у вас как дела? — спросил Амидал Сарефа и Ванду, — наведались в Медоеда? Ну и как вам этот богатый гадюшник? Кстати, этот орк Мьюк всё ещё там работает? Ну, у которого клыки на весь хлебальник свисают. Не понимаю, как этот придурок до сих пор пасть себе не порвал.

— Бруминья нас там ждала. И подловила нас, как только мы поели, — сказал Сареф, решив не тянуть с неизбежным.

— И она, конечно, предложила вам работу, — с ехидной злобой проскрежетал Амидал, — и вы, конечно же, согласились. Сареф, скажи, что вы не согласились. Я вот перед тобой на колени встану, — и Амидал, действительно, подскочив к Сарефу, бухнулся перед ним на колени, — только скажи, что вы не согласились работать на эту жадную мразь!

— Я сказал, что мы подумаем, — ответил Сареф, — мы сначала хотели обсудить это с тобой.

— Ну, хотя бы на это тебе мозгов хватило, — Амидал закатил глаза, поднимаясь на ноги и отряхивая штаны, — ну, давай, расскажи, что за выгодную сделку она вам предложила. А я тебе подробно расскажу, где и в каких местах она рассчитывает поиметь выгоду. И не только выгоду, кстати.

Сареф коротко рассказал Амидалу, чего хочет от них Бруминья, и чем она готова за это заплатить. И с каждым словом выражение лица гнома менялось с раздражённого и уставшего на непонимающее и задумчивое. В конце концов он, сделав пару кругов по комнате, рухнул в пустую постель и замолчал.

— Ты что, обиделся? — спросил его Сареф 3 минуты спустя.

— Я думаю, — буркнул гном.

— Долго думаешь, — заметил Сареф, — давай, рассказывай мне, где здесь места, в которых Бруминья хочет нас поиметь.

— Это на неё очень не похоже, — нехотя протянул Амидал, — если бы она нас пятерых попыталась подрядить на этот поход — то тут было бы всё понятно. Что прошли бы мы этот поход, что сгинули все там — она, в любом случае, была бы в плюсе. Но… если это правда, и она сама готова туда пойти… Ни за что бы не подумал, что для неё это так важно. Видать, Жамьен и Сигурд совсем её доконали, раз она лично готова рискнуть своей задницей. Да и то, что она обещает… Она, действительно, может сделать эти пропуска. И это, действительно, облегчит нам дальнейшее продвижение. Но… это как раз то, о чём я говорил, парень. Это будет слишком быстро.

— Я предпочту более быстрый вариант, — заявил Красс со своей постели, — я в курсе, что не всегда самые быстрые пути — самые правильные, но сейчас на кону стоит жизнь моей дочери. Поэтому если выбирать между месяцем работы в порту или одной услугой для местного важного человека — я выберу второе. Даже если придётся сильно рискнуть.

— Поддерживаю, — кивнул Ансильяш, — я, конечно, обещал тебе помочь, Сареф, но если можно обойтись без того, чтобы несколько недель таскать ящики с рыбой — я предпочту обойтись.

— Да так-то оно, конечно, так, — всё ещё недовольно сказал Амидал, — но всё равно… не нравится мне это.

— Ты можешь объяснить, чем именно тебе не нравится Бруминья? — не выдержал, наконец, Сареф, — да, ей приходится быть хитрой и скользкой — но здесь, на Островах, что в этом плохого? В конце концов, ей приходится каждый день иметь дело с мужиками-бандитами, и она успешно справляется с этим, судя по всему, не первый год. Такие люди и не обязаны нравиться всем подряд. Так почему ты постоянно поливаешь её дерьмом? Она что, Ласкового Медоеда у тебя когда-то отжала?

— Ой, Сареф, ну какой же ты тугой, — простонал Ансильяш, поворачиваясь в своей постели, — да она его бывшая баба, ну можно было давно догадаться.

— ЧЕГО⁈ — взревел Амидал, в ярости вскочив со своей постели, — бред мне тут не неси!

— Ой, твою ж Системное налево, мне-то можешь сказки не рассказывать, — фыркнул Ансильяш, — я таких как ты, за свою жизнь повидал сотни. Даже примерно представляю, как это было. Вы сошлись. Возможно, ты даже помогал ей с этой таверной. А потом случилось то, что случается со всеми женщинами. Она потребовала от тебя стабильности, чтобы ты хоть как-то остепенился. Или, по крайней мере, перестал так явно и показательно трепать нервы местному Теневому Символу. Ты отказался, и она тебя вышвырнула. И, кстати, правильно сделала. А теперь у тебя горит пердак, потому что ты думал, что без тебя она за эти 3 года потонет — а она живёт, процветает, и плевать на тебя хотела.

— ЗАТКНИСЬ! Заткни свою пасть! — прорычал Амидал. После чего, потеряв всякое терпение, он бросился на Ансильяша, явно рассчитывая придушить его на месте. Сареф среагировал моментально.

Силовое Поле!

И призрачная защита мгновенно окутала Амидала, заставив повиснуть его в воздухе в прыжке, когда до стревлога было буквально рукой подать. Ансильяш, на удивление, даже не пошевелился.

— Успокаиваемся, — не терпящим возражений голосом сказал Сареф, — Шуйтам и без того была добра к нам, когда позволила пятерым заселиться в трёхместную комнату. Мы же не хотим устраивать здесь погром и огорчать её, не так ли?

И хотя Амидал, в силу действия способности, оставался неподвижен, Сареф понял, что он внял этим аргументам. Поэтому тут же отменил действие способности, освобождая гнома. После чего повернулся к стревлогу.

— Но вообще, Ансильяш, тебе не следовало так об этом говорить. Это его личная жизнь. Мы не были здесь в тот момент, мы не знаем, как развивались их отношения. Можно было высказать свои предположения более деликатно.

— Я это сделал, потому что мы напрасно теряем время, Сареф, и ты отлично это знаешь, — парировал