ней. Гайе нет еще и пятидесяти, но ей не страшно жить одной.

Должно быть, Юн Джон волнуется, подумала Бора, отодвигая коробку в сторону, но решила не говорить об этом. Ей казалось, что Юн Джон из тех, кто отталкивает других, когда они подходят слишком близко. Если она родилась в восемнадцатом веке, подумала Бора, в этом есть смысл. Раз она ведьма и живет так долго, наверняка видела много смертей. А Бора даже на похоронах ни разу не была. До десяти часов оставалось двадцать минут. Бора и Юн Джон молча продолжали работу. Одна за другой коробки громоздились вокруг, готовые, чтобы их чем-то заполнили и куда-то повезли. Забудь об этом. В десять часов, когда Бора встала, Юн Джон так и сказала, а потом прибавила:

– Это давно в прошлом. Слишком не волнуйся.

– Хорошо.

Когда Бора вернулась домой, дверь открыла мама. На вопрос, как проходит ее работа, Бора ответила: «Прекрасно», – и пошла в ванную. Она умыла лицо, а когда вышла, мама схватила липкий ролик для одежды.

– Боже, ты только посмотри на эту шерсть. Я думала, ты упаковывала лакомства для животных. Там, значит, есть собаки?

Только это не собачья, а кошачья шерсть. Бора взяла ролик и почистила брюки и кофту. Шерсть собралась на липкую пленку. Потерев спину Боры, мама чихнула.

– Я хотела, чтобы ты рассказала о своей работе, если тебе там понравится, апчхи! Но теперь точно не попрошу.

Мама, ты не стала бы заниматься такой доставкой, ты же протестантка. Но, когда Бора собиралась сказать это, пусть и в шутку, ее язык онемел, а кончики пальцев стало покалывать. Мама, улыбаясь, подтолкнула Бору к ее комнате. Оказавшись внутри, девушка закрыла дверь и щелкнула языком. Все в порядке. Но что произошло сейчас? Подействовала тайная магия? Значит, она и правда никому не может об этом рассказать. Но Бора очень хотела поделиться всем с Джуын.

Джуын, наверное, сейчас в школе. Бора выключила свет, чувствуя тяжесть на сердце.

Как жаль. Подруге бы понравилось. Бора никогда не лгала ей.

Но она не представляла, поверила бы Джуын, если бы она сказала, что стала ведьмой.

Бора закрыла глаза, чувствуя, как на нее наваливается сон.

4. Звездная ночь и белокурый ангел

Прошло больше месяца с тех пор, как Бора начала подрабатывать в «Ведьминой доставке».

Летя на пылесосе, она опустила глаза, вдыхая влажный воздух. Забавно, как много можно увидеть отсюда. Скорость ее движения не сильно отличалась от велосипедной, она летела на высоте четырехсот пятидесяти метров, было 9:20 вечера. Вот и Pangyo Techno Valley[5], где никогда не гас свет. Люди переходили мост через реку Танчон. Мотоциклы сновали по дорогам. Госпожа Со сказала Боре не обращать внимания на то, что происходит внизу, но она не могла поверить, что место, где она живет, выглядит так. Был пасмурный день, и люди не смотрели на небо. Бора пролетела мимо места, где строился жилой дом, и приземлилась в парке Ботдыль. Когда она сняла плащ и собиралась спрятать пылесос, из тени вышла невысокая женщина, словно ждала ее:

– Как быстро ты доставила!

Женщину, которая теперь широко улыбалась, звали Дживон. Она сказала, что занимается разработкой искусственного интеллекта и работает над обработкой естественного языка в офисе в Techno Valley. Бора протянула ей термокружку с напитком, и Дживон одним залпом выпила половину.

– Нельзя так быстро пить.

Об этом предупреждала Юн Джон. Если выпить все сразу, можно получить шок. Вытерев уголки рта, Дживон закрутила крышку:

– Ничего страшного для организма, который работает на кофеине и таурине. О Господи, ненавижу этап анализа данных.

– А что нужно делать? – спросила Бора, когда Дживон потянулась.

– Собирать данные: слова, разговорную речь. Надо слушать разговоры людей и анализировать их, чтобы понять, о чем они говорят.

– Должно быть, это интересно?

Дживон наклонилась и снова потянулась:

– Мне за это платят, и на том спасибо. Ведьмам тоже надо на что-то жить, чтобы не умереть с голоду.

Бора бросила на нее недоуменный взгляд:

– Что? Думаешь, ведьмы не платят за квартиру, газ, воду и еду?

– И что вообще хорошего в том, чтобы быть ведьмой?

За время работы Бора встречалась с несколькими ведьмами, но все они оказались женщинами, уставшими от жизни. Задумавшись, Дживон смотрела в небо:

– Я могу летать.

Бора удивилась ее ответу, но он показался ей убедительным. Летать и правда было очень весело. Даже при оглушительном шуме самолетов. Даже если рядом проносились вороны и голуби. Хотя Бора уже собрала нужную сумму в триста тысяч вон, она не собиралась бросать работу, потому что ей нравилось летать. Холодный ветер, гудящий в ушах, и темное ночное небо. Полет среди облаков и звезд. Бора кивнула, и Дживон сунула ей в руку термокружку.

– Мне нужно идти. Через два часа закончится рабочий день, и я хочу, чтобы Юн Джон залетела за мной на закате.

– Госпожа Со тоже летает?

– Юн Джон, должно быть, обучала тебя. Она очень хороша в этом. Но я все время ее подгоняю, потому что сама она в жизни ничего не доставит. У нее даже есть прозвище – Ведьма Полета.

Госпожа Со говорила, что она живет уже давно. Наверное, это все-таки правда. Дживон ушла, а Бора села на пылесос и полетела обратно. С доставкой на сегодня закончено. Теперь она поняла, что люди имеют в виду, когда говорят, что ночные огни – это сверхурочная работа. Набрав высоту до трехсот метров, Бора развернулась, чтобы лететь над горной дорогой. Так или иначе, доставка – это главное, но иногда можно отвлечься и на болтовню. Сегодня она снова опаздывала на двадцать минут. Летя над деревьями, Бора сбавила скорость, услышав предупреждающий сигнал детектора.

Объект обнаружен.

Похоже на воздушный шар или птицу? Бора решила приблизиться. Что опасного там может быть?

– С ума сойти! Что это такое?!

Она увидела спящего мальчика в фиолетовой пижаме, который парил в воздухе.

Какое-то безумие. Почему он в небе, да еще в такое позднее время? Бора поспешно закутала его в плащ. Секундная стрелка, громко тикая, начала быстро вращаться. Как она могла забыть? Если два человека вместе прячутся под плащом, это удваивает время его использования. Нет, лучше спуститься вниз, где бы она сейчас ни летела. Бора приземлилась в парке Ботдыль и осторожно усадила мальчика на скамейку. Ему было на вид лет двенадцать-тринадцать. Он ровно дышал и напоминал белокурого ангела. Как его разбудить, может, ударить? Бора думала, а потом поднесла к его щеке термокружку, которую отдала ей Дживон. Он резко проснулся.

– Что такое?! Неужели