же время спокойно приказывали убить новых хозяев, если они подойдут к чему-то запретному.

Лиара прочитала записку второй раз, затем третий.

Она держалась ровно, только лицо стало слишком спокойным — таким, каким оно бывало у неё в те минуты, когда страх уже задавлен волей, и осталось только злость и решимость.

Альда стояла у края стола, положив ладонь на папку с первыми выписками по рудному двору. Внешне она оставалась прежней: собранной, холодной, безукоризненно владеющей собой. Но Ардор уже достаточно хорошо знал обеих, чтобы заметить, как у Альды чуть изменился взгляд. Не испугалась. Нет. Просто где-то внутри герцогини вон Зальта тихо закрылась дверь, отделив осторожность от жёсткости.

Он взял лист, повернул к лампе и посмотрел на неровные строки. Ему не требовалось быть криминалистом, чтобы понять главное. Автор вообще не пытался напугать их. Он обращался к своим. К тем, кто уже понимал, какое значение имеет нижний архив.

Альда медленно провела пальцем по плану усадьбы.

— Это под северным крылом. Старые производственные книги, журналы смен, ведомости по защитным мачтам, страховые списки, списание материалов и всё такое. Если что и есть, то только там.

— Или уже не там, — сказала Лиара.

— Если бы не там, — Ардор положил записку обратно на стол, — нас бы не предупреждали так нервно. Нужно сходить посмотреть.

Альда не стала возражать сразу и это выглядело хуже любого спора. Она смотрела на него слишком внимательно, оценивая не упрямство, а необходимость а Лиара шагнула ближе к столу.

— Это ловушка.

— Конечно. — Ардор усмехнулся.

— И ты всё равно в неё полезешь?

— Ловушка хороша, пока тот, кто её ставил, правильно оценивает габариты добычи. Надеюсь я им не по зубам.

В кабинете снова стало тихо. За окнами шумел дождь. Где-то внизу, за толстыми стенами бывшего дома Ванкосов, скрипнула дверь, и этот обычный ночной звук вдруг показался частью чужого движения.

Альда первой отвела взгляд от плана.

— Сейчас подниму своих.

— Без шума, — сказал Ардор. — Если начнётся шум, половина дома побежит спасать не людей, а бумаги. А вы побудете вместе.

Глаза Лиары вспыхнули. На мгновение прежняя Лиара — секретарь, привыкшая быстро понимать настроение хозяина и обходить углы — исчезла совсем. Перед ним стояла женщина, которая уже дала обет, уже приняла своё место рядом и больше не собиралась изображать удобную тень.

Но Альда положила ей руку на плечо.

— Сейчас он прав. Ты не боевик и не специалист по проникновениям, и это не время получать такую хлопотную специальность.

Лиара резко повернулась к ней, но ничего не сказала. В молчании между ними мелькнуло слишком многое: страх, злость, доверие, нежелание уступать и понимание, что иногда любовь не в том, чтобы стоять рядом, а в том, чтобы не мешать удару, который должен быть нанесён быстро.

Ардор, уже одетый в лёгкую броню, взял укороченный метатель, кинжал и мощный фонарь с направленным лучом. Затем снял со стола план северного крыла, свернул его и убрал за пояс.

— Если через четверть часа я не выйду на связь, — сказал он Альде, — берёшь дом под полный контроль, и вызываешь поддержку.

— Сделаю, но… ты… — Герцогиня подошла, поправила ремень у него на груди, хотя тот и так сидел правильно. — Будь осторожен, — сказала она тихо.

Ардор кивнул.

Не стал обещать. Обещания в такие минуты раздражали богов и давали людям лишнюю надежду. Он просто коснулся её пальцев, затем повернулся и вышел.

Северное крыло встретило его темнотой, сыростью и затхлым духом.

Парадная часть усадьбы ещё старалась выглядеть дворянским домом с широкими лестницами, полированными перилами, гобеленами, лампами в бронзовых держателях и вазонами с поздними цветами. Здесь же всё было иначе. Строго утилитарные конструкции без украшений, узкие окна, запах старой извести, пыли и металла. Дом будто снимал с себя шелка и показывал старые кости.

За спиной бесшумно двигались четверо людей Альды и двое из команды герцога. Опытные боевики шли не плотной толпой, а растянувшись так, чтобы контролировать коридоры и боковые проходы. Рубис, глава телохранителей Альды, майор егерского корпуса в отставе шёл ближе всех, держа метатель у плеча в готовности открыть огонь немедленно. Ещё двое, повинуясь его беззвучной команде исчезли на верхнем уровне, перекрывая лестницу к хозяйственной галерее.

Ардор не любил старые дома и не из-за сквозняков, пыли или скрипа половиц. Старые дома слишком часто врали своей архитектурой. Парадная лестница обещала один путь, служебный коридор выводил в другой, глухая стена оказывалась дверью, а за красивой обшивкой прятался ход, по которому сто лет подряд таскали любовниц, золото, трупы или всё вместе.

Северное крыло бывшего Ванкоса именно таким и выглядело.

Оно не просто хранило архив. Оно защищало его от тех, кто должен был считать себя хозяевами.

У первой двери их встретил ночной сторож. Старый, сутулый, с фонарём в дрожащей руке и лицом человека, который слишком поздно понял, что жалование не покрывает риск подобных встреч.

— Господин маркиз, нижние помещения ночью закрыты, — выдавил он.

Ардор остановился перед ним, и протянул руку.

— Ключи.

Сторож явно испугался, задрожал, но сдаваться не собирался.

— У меня только от первого уровня. От нижнего архива у господина управляющего и у старшего архивариуса.

Ардор упёр ствол в лоб сторожа.

— Давай что есть.

Сторож, сведя глаза в кучу на глядяшем в голову стволе, наощупь нашёл связку, и торопливо протянул вперёд и Рубис тут же подхватил её.

— Кто спускался сегодня ночью?

Сторож побледнел.

— Никто, господин маркиз.

— Плохой ответ. — Ардор взвёл затвор. — Ещё одна попытка.

— Я… я не видел.

— Это уже лучше. Кого не видел?

Старик сглотнул.

— Я… не…

И тут снизу, за закрытой дверью первого архивного уровня, донёсся едва различимый звук. Не шаг. Скорее короткое металлическое касание, как если бы кто-то задел застёжку или крюк.

Сторож услышал тоже и его лицо стало совсем серым.

Ардор больше не задавал вопросов. Одним движением оттолкнул старика к стене, и жестом приказал Рубису открыть дверь, сам взяв метатель наизготовку, чуть отойдя назад.

Чуть слышно скрипнув, замок щёлкнул и дверь почти беззвучно распахнулась на всю ширину.

Первый уровень архива выглядел почти прилично. Зал метров десять на десять, занятый полками, ящиками, и рядами аккуратно прошитых книг. Только воздух отдавал ледяной сухостью словно рядом кто-то открыл холодильник, а одна из ламп у дальней стены горела не жёлтым,