на несколько мгновений он потерял дар речи. В горле резко пересохло, но найдя в себе силы, он произнес:

- Откуда... откуда тебе известно мое прозвище? - его глаза округлились и наполнились страхом. - Никто за пределами Периметра о нем не знает.

- Я знаю, Меткий, я знаю, - сказала она и теперь ее голос был не похож на свой, а железные нотки в нем напомнили совсем другой голос, его собственный, засевший глубоко внутри него. Злой голос.

- Не может быть! - прошептал Виктор и сделал шаг назад. - Кто ты такая?! Откуда ты столько знаешь обо мне?!

- Потому что я и есть ты, сталкер!

Вдруг она сделала резкое движение вперед и вцепилась ему в голову пальцами. В ее глазах застыло холодное бешенство и свирепый вид.

- Пора назад, Меткий, ты здесь слишком задержался!

Все окружающее пространство неожиданно искривилось, словно таяло подобно дурному сну. Все предметы и даже лицо Кати - или это уже была не Катя? - стали изменяться, терять свою форму и очертания. Цвета перемешались и все завертелось в безудержном вихре, сменяясь подобно калейдоскопу в быстром темпе. Виктор закрыл глаза и схватился за голову, чувствуя в ушах чудовищный свист вперемешку с другим шумом, причиняя ужасные страдания, от которых Виктор упал и стал крутиться подобно червю на крючке.

- А-а-а-а-а! - застонал он, не отдавая отчет в собственных действиях. Голова раскалывалась, как под ударами молота, вызывая чудовищную боль. - Хватит!!

С огромным усилием Виктор заставил себя открыть глаза и взглянуть на то, что его окружало. Первые секунды перед ним все плыло, как будто в воду кто-то налил сразу с десяток банок красок, смешивавшихся между собой в мутную жижу, но постепенно пелена рассеялась и Виктор ощутил себя лежащим на земле. Над собой он увидел вроде бы знакомое лицо, но пока еще не мог его узнать. Тогда Виктора стошнило и он едва успел перевернуться, чтобы не излить свой внутренний мир на самого себя. Откашляв мокроту, Виктор посмотрел на свои руки - в защитный перчатках, но не выдержал и снова перевернулся на спину.

- Сталкер, ты как? - спросил человек со знакомым лицом и, кажется, голосом.

Приглядевшись, Виктор узнал его. Это был капитан Филиппов, чье лицо всплыло, словно из небытия.

- К-капитан? - спросил сталкер, недоуменно вращая головой из стороны в сторону. - Где Катя?

- Какая еще Катя? - переспросил он. - Ах, вот оно что... Катя. Тебе, брат, надо немного прийти в себя. Все сложно.

- О чем ты говоришь?! - вскрикнул Виктор и попытался подняться на ноги, но тут же был осажден грушником.

- Пока тебе рано вставать, - сказал капитан. - Несколько минут лучше полежать. Для твоего же блага.

Виктор чувствовал себя смертельно уставшим, хотя и ощущал, как постепенно силы к нему возвращались. Капитан не торопил его и сталкер успел осмотреть окружающий ландшафт. Они были на опушки леса, но вид деревьев сталкер опознать не смог. Вдали виднелись горы, да и небо не было затянуто громадной тучей. Только сейчас он понял: они не в Зоне.

- Я был на пляже, - сказал он, повернувшись к Филиппову, но тот лишь загадочно хмыкнул и отвернулся, смотря в сторону заката. - Со своей девушкой, но она вдруг откуда-то узнала, кто я такой, а затем... затем я оказался здесь. Какого хрена со мной произошло?! Мы же не виделись с тобой с полгода!

Грушник вздохнул и покачал головой.

- Меткий, никаких полугода не было. Мы с тобой и не расставались.

От этих слов сталкер обалдел и вытянулся на земле, смотря на ходившие по небу облака.

- Что ты несешь? - прошептал он. - Я все помню, как будто это было вчера. Нас с тобой эвакуировали и еще месяц допрашивали, продержав в карантине. После того, как нас отпустили, ты вернулся на службу, а я подписал документы о неразглашении и был лишен на пятнадцать лет права выезда за границу. Потом... потом мне встретилась девушка Катя, с которой я был до того момента, как попал сюда.

Молча выслушав речь сталкера, Филиппов повернулся к нему.

- Значит, ты действительно ничего не помнишь? - полуспросил и одновременно полуутвердильно произнес капитан. - Всего того, о чем ты говоришь - не было.

- Как... как не было? - сталкер все же нашел в себе силы присесть. Услышанное им настолько шокировало, что он едва мог говорить и лишь с широко открытыми глазами смотрел на грушника.

- А вот так, - ответил тот, все еще глядя вдаль. - Я тоже через такое прошел, пока не очнулся здесь. Последнее, что помню, как мы с тобой стояли в ожидании ударной волны взрыва, хотя точно я в этом не уверен. Затем... Затем настал мрак. А потом вспышка. Ослепительно яркая. Я не могу объяснить это, но мне кажется, от ядерного взрыва сработала аномалия. Понимаешь? Она сработала раньше, чем нас накрыло ударной волной. После этого мне тоже привиделось много всего разного - по большей части приятного. Как я на гражданке со своей семьей... Но это все был сплошной обман.

Филиппов повернулся к Меткому.

- Альфа-источник... Каким-то образом он создал для каждого из нас свою иллюзию, но такую реальную, что поверить в ее фальшь просто невозможно. Как только я очнулся, то еще несколько часов не мог отойти и лишь огромным усилием воли заставил себя принять правду: увиденное мной - сон или что-то еще - было нереальным. Реальность здесь, сталкер.

Он пару раз стукнул кулаком по земле.

Меткий просто не мог поверить в услышанное. Все им увиденное было настолько правдоподобным, настолько живым, что уверовать в столь изощренную иллюзию сталкер просто не мог.

- Я не верю... я не верю тебе!! - закричал он и попытался встать, но в голове так закружилось, что Меткий рухнул на землю, хотя и нашел в себе силы поползти вперед. Капитан молча смотрел за действиями напарника, который кряхтя пытался ползти, не разбирая дороги. В голове Меткого творился такой кавардак, от которого он просто не был в состоянии встать. Схватившись руками за голову, сталкер завыл. Морально ему еще никогда так не было плохо, словно кто-то злой отобрал сбывшуюся выстраданную мечту. Подтянув к себе колени, Меткий обхватил их и закрыл глаза, с силой сжав челюсти. Глядя на это, Филиппов ничего не предпринимал. Он видел, что сталкеру нужно время