тушки на толстые, очищенные от коры сырые ветки, чтобы дерево не перегорело раньше времени.

Рыба аппетитно зашварчала над раскаленными углями, роняя капли жира, которые с шипением вспыхивали, обдавая тушки дымком. В этот момент Тагор, ненадолго отлучившийся в ближайшие кусты, вернулся с пучком каких-то сочных лесных трав.

— Вот, — парнишка протянул мне листья, похожие на дикую мяту, и толстые стебли с терпким запахом. — Это луговой чесночник и пряный краснолист, да. С ними вкуснее будет, да.

— Ну, давай свою ботву, — я пожал плечами, растер травы в ладонях и щедро обсыпал ими шкварчащую рыбу. Аромат тут же поднялся такой, что у меня самого живот свело от голода. Специи оказались что надо.

Рыба и правда получилась отменной. Мы умяли ее за милую душу, обгладывая косточки. Мертвяков я расставил по периметру нашего импровизированного лагеря, отдав четкий мысленный приказ: стоять в карауле, а если кто появится — немедленно будить меня.

Я посмотрел на Тагора. Парнишка сидел у костра, клевал носом и то и дело тер слипающиеся глаза. Устал, бедняга. Переход, гребля, рыбалка, да и постоянное нервное напряжение Серой зоны сказывались на его непривыкшем организме.

«Ладно, — решил я, подкидывая ветку в огонь. — Нечего ночью по руинам и катакомбам шариться в темноте. Завтра на свежую голову потащимся».

Тагор быстро расстелил себе лежанку из походного плаща прямо у затухающего костра и почти мгновенно вырубился, тихонько засопев. Я же, чтобы не отлеживать бока на сырой земле, забрался обратно в лодку, с комфортом устроился на дне и провалился в глубокий сон.

Разбудило меня настойчивое, резкое дерганье за ногу.

Я мгновенно открыл глаза. Надо мной, заслоняя звездное небо, нависала жуткая физиономия Шестого. Из приоткрытой, перекошенной пасти мутанта прямо мне на сапог капала густая, вязкая слюна. Приказ «будить, если что» мой батрак выполнил с усердием.

— Ну чего тебе? — недовольным шепотом спросил я, рывком садясь в лодке и нащупывая рукоять меча.

Мертвяк лишь глухо заурчал и повернул массивную голову в сторону темного леса.

Я сосредоточился и врубил некросканер. Пространство вокруг окрасилось в спектр аур. В лесной чаще, совсем недалеко от нашего привала, двигались силуэты. Звери. Судя по плотности свечения и габаритам аур — очень крупные звери, явно не обычные лесные волки.

И словно в подтверждение моих опасений, ночную тишину разорвал протяжный, раскатистый волчий вой.

Тагор подскочил как ужаленный, едва не перевернув котелок с остатками ужина. Сна ни в одном глазу больше не было, парень судорожно схватился за рукоять своего ножа и озирался по сторонам, пытаясь спросонья понять, откуда исходит угроза.

— Волкалаки, что ли? Опять спать не дадут, — недовольно проворчал я, перекидывая ноги через борт и вылезая из лодки. Привычным движением я проверил перевязь, на ходу обнажая меч, лезвие которого тускло блеснуло в свете тлеющих углей.

— Шестой, Седьмой, охраняйте лагерь! Встать по краям! — скомандовал я вслух, указывая острием клинка точки обзора, а по ментальному каналу жестко добавил: «Охраняйте пацана, чтобы ни одна шерстинка с него не упала». В каждого из них я еще на реке влил по сорок морт, так что эти два бугристых мутанта теперь могли голыми руками гнуть подковы и с любой угрозой справятся без проблем, даже если на них выскочит целый медведь.

— Тагор, ты давай пожитки собирай, туши костер и стой между батраками, я быстро сбегаю туда-обратно, — бросил я парнишке, не оборачиваясь.

— Ты куда, прямо в лес? Там же воют, да! — с тревогой спросил он, переминаясь с ноги на ногу.

— Да разведаю по-бырому, погляжу, — ответил я, вскинув меч на уровень плеча, и бесшумно скользнул в темноту леса, стараясь не наступать на сухие ветки.

Ситуацию я, конечно, заранее разведал некросканером, четко зафиксировав два пульсирующих сгустка энергии метрах в ста от нас. Два волкалака вырвались вперед, подобрались совсем близко к нашей стоянке и теперь заливались мерзким, тягучим воем, призывая остальную стаю на готовую добычу. Свято место пусто не бывает — стоило рептидам отойти вглубь Серой зоны и освободить охотничьи угодья, как эти клыкастые твари решили, что теперь они тут будут хозяйничать и диктовать свои правила.

Я сократил дистанцию и внаглую вышел из-за деревьев прямо к этим красноглазым хищникам, встав в удобную боевую стойку. Они даже на миг замерли, оборвав вой на полуноте, и уставились на меня, явно удивившись, чего это их потенциальный ужин не убегает в панике, а сам подобрался к ним так нагло и бесшумно, словно хищником здесь был именно он.

— А сами воете, вот вам уши и заложило, аж шагов не слышите, — хмыкнул я, перехватывая рукоять поудобнее и поигрывая клинком, провоцируя их на первый бросок.

Твари были здоровенные, размером с хорошего теленка, а пасти распахивались шире, чем у крокодилов, обнажая ряды бритвенно-острых клыков. Волкалаки, опомнившись от такой наглости, яростно бросились в атаку, беря меня в клещи. Я, просчитав траекторию, резко отбежал на пару шагов назад и, разрывая дистанцию, с оттягом рубанул самого быстрого, который попытался вцепиться мне в ногу. Лезвие с хрустом рассекло жесткую шерсть и плоть, и зверюшке стало не до меня.

Не теряя ни секунды, я сформировал энергетический канал и влил бьющееся на земле тел сразу сорок морт, перехватывая угасающий разум. Зверь мгновенно поднялся, не обращая внимания на перерубленную спину, но уже как мое покорное умертвие, и совершенно молча бросился на своего сородича, который как раз изготовился для прыжка на меня. Живой волкалак, совершенно не ожидавший такого подвоха от члена своей же стаи, не успел среагировать и уйти с линии атаки, и мой новоиспеченный зомби мигом его загрыз, вцепившись мертвой, стальной хваткой в горло и с хрустом ломая шейные позвонки.

Я подошел поближе, брезгливо перешагнув через лужу крови, и влил еще сорок морт во второго убитого зверя, быстро и эффективно поднимая и его, подчиняя оба примитивных сознания своей воле. Минус еще восемьдесят морт за зверье. В сумме сегодняшние траты уже кусались, но запас всё равно оставался комфортным: на строителей в руинах хватит.

— Пойдемте, пока ваши дружки не подтянулись, — коротко скомандовал я, разворачиваясь в сторону реки.

Два свежих мутанта-мертвяка, не издавая ни звука и не обращая внимания на свои раны, послушно потрусили за мной в лагерь, след в след.

Тагор уже собрал в мешки наши нехитрые вещи, закинул их за спину и стоял у затухающего костра, напряженно выставив перед