— Метит территорию, разумеется, и подыскивает наиболее удобное место для матки. Ну или для себя, если планирует стать маткой, — ответил рой.

— И как она метит территорию?

— Так же, как и все, только люди не чувствуют их запах, а вот животные и монстры ощущают его очень хорошо и держатся подальше, потому что прекрасно понимают опасность близкого соседства.

— Может, установить расчёт координат на запах, который исходит от меток?

— Ты забываешь про размеры. Одна моя особь значительно меньше человеческого роста. Ну забьётся она в какую-нибудь щель и там откроется твой портал. Что от этого изменится? У тебя как не было портала, так и не будет.

— Тогда что нужно сделать, чтобы одна особь научилась пользоваться порталами и как научить их по отдельности рассчитывать координаты и открывать телепорты?

— Этого я не знаю, но могу сказать, что я очень быстро учусь. Чем умнее я, тем умнее каждая особь по отдельности.

— Ладно, я подумаю над решением этой задачи. А сейчас возвращайся, — велел я и открыл портал.

Все особи тут же выполнили мой приказ. В гостинице никого не осталось. По крайней мере, я искренне на это надеюсь.

Как только переливающееся полотно схлопнулось, я растянулся на кровати, пытаясь решить задачу, но подумать мне не дали — супруга захотела общения.

— Привет. Уже соскучилась? — спросил я, как только принял вызов.

— Вообще соскучилась, но звоню я не поэтому. Прибыла комиссия. Я решила, что ты захочешь об этом знать.

— Блин, комиссия! Совсем из головы вылетело. А почему они так поздно?

— Понятия не имею. Мне задать им этот вопрос?

— Не нужно. Скажи Романову, чтобы он сопровождал их везде вместе с твоим отцом.

— Они в курсе и сейчас находятся рядом с ними. Не переживай, они признают магическую Землю цивилизованной, ну или мы их где-нибудь прикопаем, а всем скажем, что они ушли через свой портал, — пошутила Ю.

Магическая Земля. Великий Горкалонт. Полигон.

Председатель комиссии Фенрис Валь пребывал в плохом настроении с самого утра. Мало того что его выдернули в выходной день, так ещё и заставили работать за сменщика, который ушёл в отпуск раньше времени.

Да, официально он находится на больничном, а отпуск его начинается лишь с завтрашнего дня, но билеты этот уродец купил на сегодня, поэтому и взял больничный. Небось лежит сейчас где-нибудь на пляже с девками и попивает коктейль со льдом.

«Ну ничего, я тебе такую подляну устрою, до следующего отпуска не разгребёшь!» — пообещал себе Фенрис и шагнул в переливающееся полотно.

За ним последовала вся его команда, которая уже уловила настроение своего шефа и старалась лишний раз не привлекать его внимание.

Как только они оказались на магической Земле, замерли, боясь даже пошевелиться. Вокруг было полно монстров.

Один из них подошёл к Фенрису, протянул ему лапу и произнес на общем языке:

— Пр-рывет!

Глава комиссии покрылся потом. Он уже несколько раз проклял своего сменщика за то, что тот его так подставил, и даже успел попрощаться с жизнью, но Монстр почему-то не спешил нападать.

— Кто сюда пустил обезьян? — раздался со стороны человеческий голос.

«Люди, тут где-то люди! Может, они смогут нас спасти!» — подумал Фенрис, всё ещё боясь пошевелиться.

— Вы чего тут забыли? Где ваши хозяева? — раздался всё тот же голос где-то совсем близко справа.

Глава комиссии повернул голову и увидел гвардейца, смотрящего прямо на него и не обращающего внимания на монстра.

— Помогите, — прошептал Фенрис.

— С чем помочь? Ты что, заболел? Где твой хозяин, я спрашиваю? — засыпал его вопросами всё тот же гвардеец и потрогал его лоб тыльной стороной ладони.

— За вами что, кто-то гонится? Твой хозяин в беде? — продолжал допытываться охранник.

— У нас нет хозяев, мы свободные люди. Мы комиссия. Пришли оценить мир и принять решение, достоин ли он называться цивилизованным, — ответил за Фенриса кто-то из его подчинённых.

— Комиссия? Свободные? А почему тогда ведёте себя как обезьяны?

— Так тут монстры. Мы боимся, — ответил тот же член комиссии.

— Вы про горкалов, что ли?

— Про них.

— Странные вы люди. Вы что, горкалов никогда не видели?

— Видели, но не так близко. Они нас съедят? — со страхом в голосе спросил всё тот же член комиссии.

— С чего вдруг? Вы что, общий язык не знаете? С вами поздоровались, руку вон до сих пор тянет, а вы ведёте себя как обезьяны. Разве так можно?

— И что мне делать? — стараясь не шевелиться, одними губами спросил Фенрис.

— Поздороваться. Что же ещё?

— И что, мне нужно пожать ему лапу?

— Вы уверены, что оскорбление в его адрес — это хорошая идея? — поинтересовался гвардеец и посмотрел на председателя комиссии как на дурачка.

— А чем я его оскорбил? — почти теряя сознание от страха, спросил Фенрис.

— Ну если бы вашу руку лапой назвали, вы бы сочли это комплиментом? — ответил вопросом на вопрос гвардеец.

Не дождавшись ответа, он повернулся к горкалу и заговорил с ним:

— Не нужно с ним здороваться. Он невоспитанный.

— Обезьяна? — спросил горкал.

Гвардеец брезгливо взглянул на главу комиссии и ответил:

— Нет. Просто невоспитанный.

Монстр кивнул, развернулся и пошёл по своим делам. И только когда он отошёл метров на двадцать, Фенрис смог выдохнуть и немного расслабиться.

— Спасибо. Позвольте представиться, меня зовут Фенрис Валь. Я председатель комиссии, которая определит, может ли этот мир считаться цивилизованным. Скажите, у вас здесь много таких монстров?

— Так полно, сами взгляните, — указал гвардеец в сторону, где патрулировал отряд горкалов. Да, они не просто собрались, чтобы порычать друг на друга, монстры именно патрулировали периметр полигона.

— И вы спокойно с ними уживаетесь? — кто-то из членов комиссии задал вопрос, который вертелся у Фенриса на языке.

— В смысле уживаетесь? Мы с ними живём бок о бок и прошли не одну войну. Это самые преданные воины, которые не бросят и будут биться за своих до смерти. Надёжнее охраны не бывает.

— Простите, а он что, разговаривал с нами, да? — спросил Фенрис, кивнув в сторону недавно ушедшего горкала.

— Да, он поздоровался и даже протянул вам руку, чтобы вы её пожали, но вы проявили неуважение.