— Я вновь недооценил русских… — тихо прошептал поникший Збигнев Кшесинский.

— Крещается раб Божий Сергий во имя Отца, аминь. И Сына, аминь. И Святага Духа, аминь.

Батюшка, осторожно держа младенца, который, словно осознавая важность момента, не плакал, а с кротким любопытством сверкал глазенками, троекратно погрузил его в купель.

У затворенных дверей храма ждали свое чадо родители. Олег нетерпеливо барабанил по перилам церковного крыльца и успокаивал волнующуюся Оксану.

Наконец двери храма отворились, и крестные родители в сопровождении молодого улыбающегося протоиерея вынесли на руках их сына. Младенец, устроившись на руках у мамы, что-то довольно загугукал.

Олег, глядя на жену и сына, почувствовал, как защипало в глазах и к горлу подкатил ком. Он счастливо улыбнулся и принял из рук Оксаны своего первенца.

— Я подарю тебе небо и весь мир, — сказал он, глядя в удивительно чистые глаза малыша. — Ты будешь жить в прекрасном новом мире и увидишь родную землю, которую мы для тебя сохранили!

И словно в подтверждение его слов в небесной вышине блеснул на солнце стремительный силуэт сверхзвукового истребителя.

Донецк — Мариуполь. 2008 г.

Евгений Савицкий

(Георгий Полеводов)