знаки Магистра никогда не останавливали.

Даже дорожные.

— Посмотреть, все ли у вас нормально, — сказал он. — Я вижу, деревья растут, листва шелестит, тетивы все еще упруги, а молодые воины слоняются без дела.

— И?

— И это ненормально, — сказал Магистр. — Я имею в виду, последнее. Молодежь нужно чем-то занять.

— Чем?

— Какой-то ты немногословный, — сказал Магистр. — Это странно для эльфа. И еще более странно, что вы до сих пор не выплатили долг крови. Что вы не закрыли модераторский квест.

— И ты пришел, чтобы напомнить нам об этом?

— Я пришел, чтобы напомнить вам о традициях, — сказал Магистр. — О ваших же традициях. О том, что ваши князья и ваши воины все еще не отомщены и дух их взывает к потомкам, и они неодобрительно смотрят на вас…

— Из ниоткуда, — сказал Риэль. — Потому что умерший последней смертью уже не может смотреть.

— Это было образное выражение, — сказал Магистр. — Твой предшественник понимал такие вещи.

— Мой предшественник мертв, — сказал Риэль. — Так же, как и его предшественник. Несколько поколений наших воинов убивались об этот… модераторский квест.

— И ты, типа, не хочешь повторить их ошибки?

— Ты понимаешь.

— Что ж, раз эльфы забыли про честь, я готов предложить вам сделку, — сказал Магистр. — Как насчет…

— Нет, — сказал Риэль. — Мы уже отказались от этого квеста и приняли наложенные Системой штрафы.

— Это унизительно, — сказал Магистр.

— Да, — согласился Риэль. — Но только здесь я вижу возможность сохранить Дом. Мы переживем этот позор и восстанем и засияем в прошлом величии.

— Когда-нибудь очень потом, да?

— Пусть так.

— А если я отменю эти штрафы?

— И что ты хочешь взамен?

Магистр сказал.

Риэль покачал головой и показал на брошюру, которая лежала на небольшом столике у его трона. Ее автором значился А.Ф. Сумкин, а на обложке была изображена разлетающаяся на куски планета. Брошюра носила название “Разрушитель миров существует и он родом с Земли”.

— Мы больше не берем заказы в этом секторе, — сказал Риэль.

***

Это было безопасное место, и посещали его только очень опасные люди, и Первый Игрок, пожалуй, был самым опасным из них.

Здесь его в лицо не знали, но были предупреждены о его визите, и он беспрепятственно добрался до начальственного кабинета.

— Я вижу, ты всерьез решил сменить интерьер, — сказал он, оглядывая резную мебель и пляшущих на стенах золотых драконов.

— Просто у нанятого мной дизайнера отсутствовало чувство меры, — сказал Такеши. — Я просто попросил его сделать обстановку чуть более этнической, а получил вот это вот все.

— Трудно было заполучить место Рейна? — поинтересовался Магистр.

— Вовсе нет, — сказал Такеши. — Пара слов там, пара слов тут, связи-то у меня были давно налажены.

— Я всегда знал, что ты поднимешься, — сказал Магистр. — Сразу увидел твой потенциал.

— Да мы толком и не знакомы, — сказал Такеши.

— Иногда личное знакомство совсем необязательно, — сказал Магистр. — По делам их судите, а не по словам.

— А, ну да, — согласился Такеши. — Возможно и так.

— Значит, ты сейчас контролируешь всю преступность Системы?

— Не всю, — сказал Такеши. — Только организованную ее часть.

— Значит, около девяноста процентов?

— Около того, — согласился Такеши.

— Мне столько не нужно, — сказал Магистр.

— Прости, что?

— Я говорю, столько мне не нужно, — сказал Магистр. — Но некоторую помощь я от тебя все таки приму. Как ты сам понимаешь, далеко не безвозмездно.

— И чего же ты хочешь?

Магистр сказал.

— Я тоже много о тебе слышал, — сказал Такеши. — Чего уж врать, я тебя даже какое-то время изучал, ну, скажем так, для общего развития, и некоторые твои ходы вызывают у меня искреннее восхищение…

— Но, — сказал Магистр. — После такого обычно говорят “но”.

— Но не надо быть семи пядей во лбу или каким-то там гениальным аналитиком, чтобы понять вот что, — сказал Такеши. — Из того, что я о тебе знаю и из наших предыдущих несуществующих взаимоотношений, следует, что обратившись ко мне, ты идешь по нисходящей, и все, к кому ты обращался до меня, тебе уже отказали. Боюсь, что мне придется последовать их примеру.

— Ты правильно делаешь, что боишься, — сказал Магистр.

— О, не принимай все на свой счет, это просто фигура речи, — сказал Такеши. — Я не сомневаюсь, что ты, как говорит один наш общий знакомый, на меня затаишь, и меня это несколько тревожит, но предприятие, в которое ты пытаешься меня втянуть, тревожит меня куда сильнее. Боюсь, что и для меня и для моей организации это может вылиться в полнейшее фиаско.

— Значит, это чисто деловой подход? — уточнил Магистр.

— Не факт, — сказал Такеши. — Хотя определенная доля справедливости в твоих словах есть. Но тут много всего, на самом-то деле. Я считаю, что ввязаться в эту авантюру будет большой ошибкой для нашей организации. И я не хочу делать этого из личных соображений. Кроме того, мне кажется, что ты забыл про первое правило, а оно непременно будет нарушено.

— Ах, это первое правило, — сказал Магистр. — Ты же понимаешь, что он сам его придумал?

— Что не мешает этому правилу работать, — сказал Такеши.

— А если я скажу тебе, что в эти дня будет решаться судьба Системы? — поинтересовался Магистр. — Что она зависит от исхода этой, как ты изволил выразиться, авантюры?

— Судьба Системы всегда от чего-то зависит, — сказал Такеши. — И в такие моменты ты всегда где-то рядом.

— Потому что я чувствую ответственность.

— Вполне возможно, и я уважаю твою позицию, — сказал Такеши. — Но в этом раз вмешиваться я не буду.

— Не боишься пожалеть об этом?

— Скажем так, я готов принять последствия своего сегодняшнего решения.

— Не думаю, что готов, — сказал Магистр.

— Может быть, и не готов, — сказал Такеши. — Может быть, в будущем я пожалею о том, что ничего не сделал. Но в этот поход ты в любом случае отправишься без меня.

— Но ты хотя бы пожелаешь мне удачи? — очень серьезно спросил Магистр.

— Нет.

Интермедия. Борден

Это было опасное место, куда без особой необходимости старались не соваться даже самые опасные люди, но Гарри Бордену было на это наплевать.

И на первый взгляд, это была такая же часть города, как и за КПП, вроде бы те же дома, та же брусчатка на мостовой, то же небо сверху и тот же запах моря, доносящийся с побережья, но на улице не было людей, а уже через сто метров Гарри наткнулся на труп. Труп был несвежий и облутанный подчистую, за исключением только набедренной повязки, которой, видимо, просто побрезговали.

Из спины у трупа росло щупальце.

Живых на улице не наблюдалось, но Гарри чувствовал, что за