А вот и первый из них! Принял облик высокого широкоплечего норна в тёмном бронированном скафандре. Думаю, такой парень вполне мог сойти за штурмовика. Но я-то знаю, что грош цена его нарисованной броне!

– Шипы!

Использовал умение, вытянув жезл из укрытия. Практически все острые снаряды попали в цель, разрывая мягкую податливую плоть. Глот споткнулся и рухнул на землю, но всё ещё был жив. Из его многочисленных ран толчками вытекала чёрная слизь.

– Шипы!

Второй удар оказался фатальным. Тварь рухнула на землю, превратившись в бесформенную массу, истекающую слизью, а за сталагмитами маячили новые преследователи. Они заметили гибель своего сородича и издали оглушительный вой. Нет, на всех у меня энергии точно не хватит! Еще пару раз выстрелил шипами, чтобы остудить пыл самых решительных и продолжил путь наверх.

А что, сам Ковчег я отыскал, теперь можно и выбираться. Главное убедиться, что ворота закрыты, а ключи в надёжных руках. Даже если я упрусь в запертые ворота, это не будет трагедией. Шпора уйдёт в невидимость и затеряется в бесконечных коридорах Третьего крыла, а я найду способ подороже продать свою жизнь, чтобы возродиться в Святилище. Этот фокус уже проверенный, так что проблем быть не должно.

Ментальная атака ударила в спину и вызвала лёгкое головокружение. На беду это случилось в момент, когда я со всех ног мчался вперёд. Почувствовал недомогание, оступился и растянулся на каменном полу подземелья, содрав кожу на ладонях.

Понял, на прямой контакт с этими тварями лучше не выходить. Даже колечко с защитой от силы Разума может не подействовать, если мне в спину будут посылать атаки несколько таких существ. Это Лёха не смог пробить защиту кольца, а тут менталисты куда более могущественные собрались.

Подскочил и помчался к ближайшему повороту. К счастью, очередной атаки не последовало. Следующие несколько минут пытался запутать следы и не потеряться в бесконечных поворотах подземелья. Вот это я понимаю, нарыли коридоров! Тут и защитники не нужны, авантюристы и всякие шаромыжники заблудятся и сгинут, прежде чем успеют добраться до сокровищницы. В какой-то степени мне даже повезло встретиться с норном… то есть, с глотом в облике норна.

– Дэн, нам туда! – Шпора зависла возле поворота вправо, тогда как я собирался повернуть налево.

– Уверена? Может, туда?

– Тебе лишь бы налево! – картинно надулась фея.

Стоп! В этом мире тоже есть такое понятие, или Шпора научилась читать мои мысли?

– Вообще-то мы с тобой можем передавать мысли без слов, – отозвалась кроха, чем ещё раз подтвердила мою догадку.

– Но это же сила Разума! И давно это?

– Чем дольше мы рядом, тем сильнее связь. Поначалу я с трудом понимала что ты имеешь в виду, даже когда ты говорил, а теперь ощущаю мысли. Такое странное чувство, когда догадываешься о чём ты хочешь сказать, понимаешь? Даже в кончиках крыльев покалывает. Именно поэтому я не вышла из невидимости, когда ты встретился со своим другом, а ещё, в тот момент, когда ты наткнулся на глота. Ты хотел, чтобы я оставалась в невидимости, и я сделала так, как тебе было нужно.

– Поразительно. Нет, ты не подумай, я не хочу командовать тобой, но иногда эта ментальная связь между нами бывает очень к месту.

Я совершенно выбился из сил и запыхался. Сколько мы промчались по коридорам подземелья? За последнее время лично я намотал с десяток тысяч шагов, не меньше. Тут даже регенерация оказалась бессильной, мои мышцы ныли от напряжения и требовали отдых. Зато теперь есть возможность прокрутить в голове происходящее и расставить всё по местам.

Выходит, норны – предки людей? И Ковчег неспроста имеет такое название. Готов поспорить, что это либо колониальный корабль норнов, прибывший на новую планету, которая неожиданно оказалась заселена, или Ковчег – спасательный корабль, который унёс уцелевших норнов с гибнущей планеты. Тогда не удивительно, почему эти ребята приземлились здесь – вполне может быть, что у них просто не было другого выхода.

Но неужели норны совершенно забыли своё прошлое? Сколько времени должно пройти, чтобы воспоминания стёрлись из памяти поколений и превратились в легенды?

– Шпорочка, а скажи мне, у императора Антония Александрита есть какие-нибудь необычные вещи? Такие, что привлекают внимание и не поддаются привычному понимаю?

– Конечно, есть! Эх, Дэн, тебя бы отправить на учёбу в большой город. Чудовищные пробелы в образовании бросаются в глаза! У императора есть меч, который горит оранжевым пламенем и разрезает металл, как масло.

– И давно он у него?

– У него – лет двадцать, а до этого был у его отца. И вообще, это фамильная реликвия Александритов, которая передаётся от одного наследника другому. Так повелось еще со времён первого императора – Александра!

– Выходит, этот необычный меч был еще у него! Конечно, Шпора! Первый император был норном! Одним из беженцев, которые прибыли на эту планету и одним их тех, кто не пожелал оставаться в изоляции от остального мира. Именно он основал империю людей, которая существует и по сей день!

– Потрясающая догадка! Если честно, я уже давно всё поняла, просто не было возможности поделиться с тобой своими мыслями. Кстати, раз уж мы болтаем, ты знаешь где мы?

– В подземелье норнов, конечно же! – решил я подколоть свою острую на язычок подругу.

– Правда? А я и не заметила! – съязвила фея. – Ладно, давай искать дорогу, потому как я определённо не хочу возвращаться назад.

Ответвление подземелья, в котором мы оказались, сильно отличалось от прежних трёх ярусов. Если там коридоры были выплавлены в горной породе, то здесь без особого труда просматривалась механическая обработка. Нет, коридоры были высечены не так топорно, как это делали кобольды. Наоборот, можно было только восхищаться мастерством неизвестных первопроходцев, пусть их работа и была далека от идеала.

Пришлось призвать светляка, потому как здесь царила кромешная мгла. Малыш бодро кружил впереди, освещая нам путь. Пусть его света не хватало, чтобы как следует рассмотреть окрестности, но пока ловушки не встречались. Минут пять мы шли по тоннелю, пока не оказались у развилки. Далее тоннель расходился в противоположные стороны.

– Что задумался? – отвлекла меня от раздумий фея, когда я замер на распутье. – Давай направо, а если не повезёт, всегда успеем вернуться.

– Вообще-то я пытаюсь понять что здесь написано. Погляди! Какие-то палочки, крючочки… Совсем как в начальной школе, когда нас учили писать.

– Это письменность гномов, – отозвалась фея, выглядывая из-за моего плеча. – Тут написано: «Седьмой тоннель Западного рукава Великих копей Дерандина».

– Тоннели, крылья, рукава… Как всё достало! Бродишь