— Неужели по городскому вещание дали? — удивился я. — Да не, не может быть.

Тряхнув головой, я дождался трамвая, он был переполнен, и на задней площадке поехал домой. Добрался нормально, никто не останавливал и тормозил. У дома никого не была. Зайдя в огород, никого не обнаружил, хотя было видно, что отметили хорошо. Взяв со стола кусок жаренной с чесноком заячьей ноги, я прошёл в квартиру мамы. Все были тут, на кухне, сидели и молчали. Слёзы на глаза, и горе.

— Вы что, всё слышали? — упавшим голосом спросил я.

— Ты о своих песнях? — рассеянно спросила мама, поднимая заплаканное лицо. — Нет, всё хорошо было, всем понравилось.

— Это всё что вы слышали?

Та кивнула под мой облегчённый вздох, и показала небольшой треугольник со штаммом полевой почты. Таня тут же стала её утешать.

— Соседка Тани прибежала, когда мы твои песни слушали, письмо принесла. Пропал без вести наш папка, пропал…

Конец первой части.

Продолжение следует.