— Полностью, — подтвердил Стеф, его голос был неожиданно серьёзен. — Если ты готова на такие жертвы, то можешь их оставить.

— И позволить всем исчезнуть? — спросила я, пытаясь понять, насколько всё это реально.

— Да, — ответил Маркус, его взгляд был жёстким. — Это твой выбор. Эйлирия, похоже, была готова к этому, раз оставила тебя на своём месте.

Мои пальцы нервно сжались, пока я пыталась переварить услышанное. Всё это звучало как безумие, но их лица были слишком серьёзными. Я смотрела на них, чувствуя, как в груди нарастает тяжесть.

Я глубоко вдохнула, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями, и задала вопрос, который назревал всё это время:

— Где мы вообще находимся?

— Межмирье, — ответил Аэлрион, коротко глянув на меня, будто эта информация была очевидной.

— Межмирье? — переспросила я, растягивая это странное слово.

— Это место, где живут боги и богини, — пояснил Ретом, его тон был мягче, чем у остальных, но взгляд оставался внимательным.

— Боги? — я невольно фыркнула. — Так вы хотите сказать, что вокруг полно таких, как я?

— Таких, как ты, — с лёгкой усмешкой заметил Стеф, — нет. Но да, боги и богини существуют.

— Тогда почему я не видела никого другого? — насторожилась я, оглядываясь вокруг, словно кто-то мог внезапно появиться.

— Потому что они живут довольно далеко друг от друга, — сказал Илион, его тон был холодным, но в нём чувствовалась серьёзность. — У каждого бога своё место, свои миры. И это хорошо, потому что им не стоит знать о твоей… особенности.

— Значит, мы не одни? — спросила я, пытаясь понять масштаб происходящего.

— Одни, — коротко ответил Маркус. — Эйлирия особо ни с кем не дружила. У неё был тяжёлый характер, мягко говоря.

— А ещё потому, — добавил Стеф с насмешкой, — что ей нравилось, чтобы её никто не трогал.

— Замечательно, — пробормотала я, чувствуя, как всё это становится ещё хуже. — Но если вокруг столько богов, почему вы сказали, что нельзя никому рассказывать про... ну, про то, что я теперь здесь вместо неё?

Наступила пауза, и мужчины переглянулись.

— Потому что тебя убьют, — спокойно сказал Аэлрион.

Я замерла.

— Что?

— Точнее, тебя и твои миры поглотят, — уточнил Илион, его голос звучал так, будто он объяснял что-то элементарное.

— И нас заодно, — добавил Маркус, скрестив руки на груди.

— Почему? — мой голос задрожал.

— Боги не любят слабости, — пояснил Ретом, его зелёные глаза стали серьёзнее. — А для них ты сейчас — слабость.

— Если они узнают, что вместо Эйлирии появилась новая, неопытная душа, — добавил Аэлрион, — они сделают всё, чтобы захватить твои миры и уничтожить тебя.

— Это... безумие, — прошептала я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Это реальность, — холодно заключил Маркус. — И тебе придётся её принять.

— А почему мои мужья не боги? — спросила я, пытаясь хоть как-то уложить всё услышанное в голове.

— Потому что Эйлирия не хотела делиться властью, — спокойно ответил Аэлрион. — Поэтому она выбирала нас так, как считала нужным.

— Но вы её не любите, — сказала я, больше утверждая, чем спрашивая.

— Нет, — коротко ответил Илион, его голос был ровным, а серебристые глаза холодными.

— Но всё равно стали её мужьями? — я нахмурилась, чувствуя, как внутри растёт непонимание.

— Как видишь, — лениво бросил Стеф, его алые глаза сверкнули, а губы тронула насмешливая улыбка.

— Зачем? — спросила я, внимательно посмотрев на них, пытаясь уловить хоть намёк на ответ.

Они переглянулись, словно не торопясь с объяснением.

— Это уже не важно, — наконец сказал Маркус, его голос был ровным и холодным, а взгляд ледяным. — Изменить это всё равно нельзя.

— Нельзя? — переспросила я, чувствуя, как эти слова звучат приговором.

— Мы связаны с тобой так же, как были связаны с ней, — пояснил Ретом, его зелёные глаза смотрели прямо на меня, в них было что-то мягкое, но от этого не менее пугающее. — Это часть её силы. Узы, которые невозможно разорвать.

Я нахмурилась, пытаясь найти хоть какую-то лазейку в их словах, но их лица говорили, что выхода нет. Я понимала, что пытаюсь выяснить одно и тоже по кругу. Но мне совершенно не хотелось быть связанной с мужчинами, которые не хотят быть связаны ни то, чтобы со мной. Даже с изначальной хозяйкой этого тела. Пленницей была не только я, они тоже. И вот как пошутила богиня. Она оставила нас… или все же меня? Со всеми своими мирами и всей этой ответственностью. Просто потому что… так захотела?

— Она нас выбрала, — добавил Илион, скрестив руки на груди. — Её выбор был окончательным. Мы смирились. И ты смиришься.

Глава 4

— Я могу где-то побыть одна? — спросила я, чувствуя, что мне нужно хотя бы на минуту отключиться от всех этих людей и всей этой странной ситуации.

Аэлрион коротко кивнул.

— Да, — сказал он.

Один из них, кажется, Ретом, шагнул вперёд и указал рукой, приглашая следовать за ним. Мы прошли через несколько залов, и он остановился перед массивной дверью, толкнув её, чтобы открыть.

— Это твои покои, — коротко сказал он, сделав шаг в сторону, чтобы я могла войти.

Я кивнула, чувствуя, что всё ещё не готова ни к разговорам, ни к каким-либо объяснениям. Когда я шагнула внутрь, он без лишних слов закрыл дверь, оставив меня одну.

Комната оказалась огромной. Точнее, это было не просто комната, а целый комплекс. Первой я увидела просторную прихожую, из которой можно было пройти в другие помещения. Я осмотрелась, чувствуя лёгкую растерянность, и направилась дальше.

Следующей оказалась спальня. И когда я говорю "спальня", я имею в виду место, где могла бы разместиться небольшая армия. Огромная кровать в центре комнаты поражала своими размерами — на ней, без преувеличения, могло бы поместиться человек десять. Я замерла, вспоминая их слова, что нам придётся спать вместе, и почувствовала, как лицо заливает жар.

— Нет-нет, — пробормотала я себе под нос, стараясь прогнать эту мысль.

Я поспешила дальше, пытаясь отвлечься, и нашла гардеробную, которая выглядела как мечта модельера. Шкафы, заполненные изысканными платьями, плащами и аксессуарами, занимали несколько стен. Всё выглядело роскошно, но это только усиливало моё чувство чуждости.

Ещё дальше была купальня. Здесь находилась ванна, которая скорее напоминала мини-бассейн. В ней явно могли уместиться несколько человек.

— Не все пятеро, конечно, но двое точно, — пробормотала я и тут же одёрнула себя. — Лира, хватит. Мысли не туда.

Я вернулась в спальню, не решаясь сесть на огромную кровать. Она выглядела слишком внушительно и слишком… совместно. Вместо этого я нашла большое уютное кресло в углу, которое будто приглашало сесть в него.

Опустившись в него, я почувствовала,