ни способностей, чтобы быть членом парламента или чиновником, а есть только деньги, результаты деятельности человека можно предсказать заранее». В Украине результаты деятельности людей подобного пошиба налицо. По сути, республика выродилась в закрытый клуб совладельцев бывшей общенародной собственности. В связи с этим держава была приспособлена лишь для их защиты от разорённого ими населения, с одной стороны, и от способных их разорить более мощных конкурентов из сопредельных стран, с другой. И более никаких функций этому государственному образованию не отводится. О каком служении нации, потомкам может в этом случае идти речь? О каких национальных интересах и национальной безопасности могут такие люди думать?

Ключевский как-то заметил, что неудачное самодержавие перестает быть законным. Здесь со знаменитым историком можно поспорить: а бывает ли самодержавие удачным? Но сложившееся у нас коррумпированное государственно-подобное образование, приватизируемое по очереди указанными партиями власти, бесспорно, является неудачным. Люди, которым улыбнулась удача стать у кормила власти исключительно благодаря отечественным способам и методам приватизации общенародной собственности, не могут относиться к государству иначе, как к очередному объекту захвата и поглощения, а к бывшему собственнику — народу — как к безликой, безмолвной и бездумной массе индивидов. Ведь те, кого так запросто и безнаказанно лишают собственности, как правило, не заслуживают ни внимания, ни уважения. А это, по всей видимости, провоцирует новую волну этнической нетерпимости в гуще униженного и оскорблённого населения полиэтнического государства, потому как сводить друг с другом давние исторические счёты гораздо проще, чем выяснять современные экономические отношения с теми, кто окружен плотной стеной вооруженных телохранителей